– Скажите, тут все продавщицы новые? – поинтересовалась я.
– Кто десять дней назад приехал, кто месяц уже торгует, – сказала девчонка.
– Мне Марийка нужна, – безнадежно протянула я.
– Нету такой.
– А была?
– Понятия не имею.
– Никого из прежних торговок не осталось?
– Нет, сказала же, мы только что приехали.
– Не подскажете адрес Мирзы?
– Это кто ж такой?
– Хозяин лотка.
– Да? Мы с Абдуллой дело имеем.
– Вы у метро овощами торгуете?
– Ну.
– Ваша точка там одна?
– Ага.
– И владельца зовут Мирза?
– Не.
Абдулла.
Разговор явно зашел в тупик.
– Чегой-то я не пойму, – нахмурилась девчонка, – ты паспорт берешь?
Я хотела было сказать, что мой документ мирно лежит дома в шкафу, но неожиданно выпалила:
– А как он тут оказался?
– Неужто не помнишь, где посеяла? – захихикала продавщица. – Не выеживайся. Бабка Фая сказала: «Иди, Ленка, там эта заявилась, растеряха, паспорт спрашивает».
Вовсе нет, я просто вымолвила слово «потеряла», ни о каком удостоверении личности речи не было, старуха сама додумала конец фразы.
– Ладно, – неожиданно подобрела девушка, – вижу, ты не шибко-то богатая, три сотни – и паспортина твоя. Еще скажи спасибо, что Танька его сберегла, объясняйся потом в милиции, куда документ девался. Да твой, твой. Во, бери, только из моих рук.
Боясь, что я выхвачу у нее бордовую книжечку и убегу, не заплатив ни копейки, продавщица, крепко держа паспорт, раскрыла его, на пол выпало маленькое фото.
Я нагнулась и подняла снимок. На нем было запечатлено два девичьих лица. Одно, обведенное ярко-красным фломастером, показалось мне хорошо знакомым, не прошло и секунды, как я поняла: это жена Павлика Марийка, или Лера Кислова.
– Ну чего? – не замечая моего удивления, настаивала девушка. – Даешь деньги?
– Да, да, спасибо, – заторопилась я, вытаскивая купюры, – и как только его потеряла, уму непостижимо! Хорошо хоть догадалась, что около вашего лотка посеяла.
Небось кошелек вынимала и выронила паспорт. Не помните, когда это произошло?
Девица пожала плечами:
– Понятия не имею, мне Танька его отдала, сказала: «Храни, может, тебе повезет, явится хозяйка – денег получишь»."
"Гастарбайтерша захлопнула дверь, я осталась на площадке в одиночестве, потом, еще раз поглядев на фото, открыла паспорт и посмотрела на черно-белый снимок, запечатлевший круглощекое личико с вытаращенными глазами.
