— Я таких «звезд» пока здесь не встречала…
Голубев проводил Огнянникову до конторы райпо и вернулся к проходной торговой базы. Поговорив несколько минут с упитанной вахтершей Клавой, которая к имеющейся у Славы информации не добавила ничего нового, прошел через проходную на территорию базы и начал приглядываться к закуткам возле склада промышленных товаров. Какого только мусора в них не было! Груды упаковочной бумаги, рваная полиэтиленовая пленка, развалившиеся деревянные ящики, ворохи стружек, мотки проволоки и свернутые клубками жестяные полосы.
В одном из углов территории возвышалась сдвинутая бульдозером гора разбитых бутылок — результат, как догадался Слава, антиалкогольной кампании, когда специально созданная в райпо бригада целеустремленно крушила пустые бутылки, превращая их в стеклянное месиво для экспортирования за границу. Экспорт, видимо, не удался, и разбитое стекло осталось своеобразным памятником безответственному разгильдяйству. Попались Голубеву на глаза несколько раздавленных коробок от телевизоров и стиральных машин, но картонной упаковки от японского холодильника в этих завалах он не увидел.
Вскоре к открытым дверям продовольственного склада подкатил райповский грузовик. Приехавшие грузчики откинули с одной стороны борт кузова и сноровисто принялись носить на склад привезенные мешки. Подойдя к ним, Слава жизнерадостно сказал:
— Привет, орлы!
— Здравствуй, Вячеслав Дмитриевич, — нахмуренно ответил бригадир Артем.
Голубев пожал ему руку:
— Пошли, Артем, побеседуем.
— Работать надо, — попробовал увильнуть тот.
— Мужики без тебя управятся. Тут им, как говорится, делов на пять минут.
Бригадир неохотно пошел за Славой. Сели метрах в десяти от дверей склада на перевернутые вверх дном водочные ящики. Слава улыбнулся:
— У бабки Кузнечихи сегодня был…
— Ну и что?.. — будто не понял бригадир.
— Хороший тротуар она вымостила из коробки с иероглифами.
— Ну и что?.. — монотонно повторил Лупов.
— Где ящик взял от японского холодильника?
Бригадир неопределенно пожал плечами:
— Кажется, от Марусова привезли.
— Кажется или точно?
Лупов посмотрел Голубеву в глаза:
— Ну, точно — от Марусова.
— Чего ж вы, братья славяне, на кладбище в один голос пели, будто никакой упаковки от Анисима Гавриловича не забирали?
— Пьяные были.
— Опьянение не снимает вины за преступления.
— Да ты что, Вячеслав Дмитриевич! — вроде удивился бригадир.
