Однако, по мнению Анны Леонидовны, убить Казаринова грузчики, если уж и могли, то не умышленно. Конечно, парни они пьющие, но рукам волю не дают. Только у бригадира Артема Лупова есть привычка «аргументировать» свои убеждения кулаками. Этим он и держит бригаду в ежовых рукавицах.
На вопрос Бирюкова — что можно сказать о бывшем начальнике торгового отдела райпо Анисиме Гавриловиче Марусове? — Анна Леонидовна ответила коротко:
— Дурак, зато надежный.
— В смысле, партии и правительству предан? — улыбнулся Бирюков.
— Нынешнее правительство Марусов не любит. Крутыми реформами оно лишило Анисима Гавриловича теплого места, — тоже с улыбкой ответила Огнянникова. — Он был надежным подручным у руководства райпо, хотя в торговых делах — как баран в Библии.
— Как же справлялся с работой?
— Блестяще распределял дефициты по торговым предприятиям. Разделить, скажем, двадцать стиральных машин на десять предприятий гениального ума не надо. Говорю, конечно, упрощенно, но смысл — точный.
У Марусова никогда не было своего мнения. Всю жизнь он ретиво выполнял руководящие указания.
— За что Анисим Гаврилович уволил Казаринова?
— Крепко насолил ему Спартак.
— Чем?
— На базу поступил недорогой телевизор цветного изображения. Марусов оформил его себе. Когда привезли покупку домой, Спартак то ли случайно, то ли, как говорят грузчики, умышленно уронил эту технику с машины и разбил вдребезги. Шуму было до небес! Анисим Гаврилович хотел подавать на Казаринова в суд, но в конце концов разбитый телевизор списали на текущие убытки райпо, а Спартака выгнали с работы.
Казаринов тут же принародно объявил Марусову войну."
"— Не кончились ли эта война его поражением? — быстро спросил Бирюков.
Огнянникова неопределенно пожала плечами:
— Мне кажется, для такой «победы» у Марусова духу маловато, но чем черт не шутит… Спартак о многих махинациях на базе знал, мог шантажировать Марусова. Кстати, на шантаж и вымогательство он был большой мастер.
Чтобы спасти собственную шкуру, Марусов, конечно, не сидел сложа руки. Выкручиваться из неприятных ситуаций Анисим Гаврилович умеет. Последний раз видела их очень распаленными.
— Когда это было?
— По-моему, четвертого июля. Недалеко от конторы райпо, у продовольственного магазина, они сцепились так крепко, будто враждующие стороны на митинге.
Бирюков заинтересовался «митингом» детально.
