Для драконов огненная железа оказалось очень важным органом, к которому они никого не подпускают, а тут из неё откачивают самое дорогое, что есть в моём организме. В общем, для меня эта процедура оказалась настоящей пыткой, но я сумел всё это выдержать.
Когда Лихач вывел иглу, я почувствовал огромнейшее облегчение. Потом я с огромным напряжением наблюдал, как он вылил эту жидкость в специальный контейнер. И только после того, как он его запер, я вздохнул с облегчением и прислушался к своим ощущениям.
Мне захотелось полетать.
Я направился к выходу и Лихач тут же понял меня.
— Подожди! Сейчас я оставлю охрану у дверей и предупрежу всех, что ты собираешься полетать. А то ещё пальнет кто-нибудь по тебе, — попросил Лихач и выбежал из зала. Его не было довольно долго, но затем он зашёл с двумя гвардейцами.
— Ваше благородие, это вы? — спросил один из них, и я утвердительно кивнул.
— Ого! Не знал, что вы умеете обращаться в дракона!
— Так, всё, посмотрели, теперь идите на вход, и никого сюда не пускайте.
Всё ясно?
— Так точно! — ответили гвардейцы и вышли из зала.
— Ваше благородие, пойдёмте, обратился ко мне Лихач и первым покинул комнату, я вышел вслед за ним.
Когда мы поднялись на поверхность, то вокруг столпились все мои бойцы, кроме тех, кто находился на посту. Но и те периодически поглядывали на меня через бинокли.
— Никому не стрелять! — на всякий случай напомнил Лихач, и я, оттолкнувшись, полетел."
"Я прекрасно знал, что учиться летать мне не придётся.
Когда я превращался в кислотную многоножку, то моё тело двигалось само собой, когда я хотел что-то сделать. Так и здесь я моментально взлетел и набрал высоту.
Ощущение открытого полёта вскружило мне голову, в хорошем смысле этого слова. От вида с высоты, и ощущения ветра у меня в зобу дыхание сперло.
Это настолько неописуемое чувство свободы, что мне захотелось кричать. И я крикнул. Громко и протяжно.
Мой рык разнёсся далеко по округе, а вместе с ним я выпустил огромную струю огня, даже не подозревая о том, что столь небольшое существо способно выдохнуть столь мощный огонь.
Хорошо, что я не пустил его вниз, иначе мог достать до верхушек деревьев.
На всякий случай я поднялся повыше, а затем облетел свои владения. Оказывается, что у шадорского дракона очень острое зрение. Я даже увидел скрягу, который, как обычно загорал на камне, окружив себя несколькими десятками различных зверей для охраны.
