— Вчера ведь нормально говорила!»
— Б-б-брыа… Бра-аслет! Отдай! Он мой!
«Какой еще «брыаслет»? — не сразу сообразил Шен. — А, тот из красной фасоли?..»
— Ты умерла здесь? — решил расспросить он призрака.
— Бра-аслет!
— Кому ты желаешь отомстить?
— Бра-аслет! — с каждым стоном призрак приближался к нему на шаг.
Отступив еще на шаг, Шен уперся спиной в тонкие двери своих покоев.
— Браслет! Отдай!
Призрачная служанка схватила его за предплечье. Шен ощутил это обжигающее холодом прикосновение даже сквозь одежду.
Когда спустя несколько мгновений она так и не отпустила его, он почувствовал, что рука начала неметь. Стало так больно, что он уже намеревался сложить пальцы в управляющем жесте и призвать свой бессмертный меч. Но все же не сделал этого, вовремя осознав, что последствия от подобного сумасбродства могут быть для него опаснее встречи с призраком.
— Хорошо! Хорошо! Я отдам! — прошипел он.
Призрак еще сильнее сдавила его руку, Шен пискнул от боли.
— Где-то тут он был, погоди… — раздраженно произнес он, начиная рыться в кармане свободной рукой.
— Где-то зде-есь…
Он кинул в призрак двумя конфетками и красивым камушком, что подобрал по дороге в столицу. Конфеты и камень ожидаемо пролетели сквозь привидение, не причинив никакого вреда. Шен проследил, как они скачут по доскам и падают с террасы на землю.
— А я надеялся, что отвлечешься, — посетовал Шен, следующим движением прилепив ей на лоб талисман, изгоняющий злых духов.
К сожалению, у него с собой были только такие или же пустые.
В основном они требовали хотя бы толики духовной энергии, чтобы их использовать. Ему все же пришлось потратить немного, чтобы прилепить к нематериальному призраку материальный талисман. Символы на нем загорелись, и призрак, наконец, отпустила его руку и отступила на шаг. Правда, никуда не изгналась, в следующее мгновение талисман оторвался от ее головы и медленно спланировал на пол. Шен вздохнул, прижимая к груди заходящуюся от боли руку."
"Первый луч рассветного солнца проник за стену поместья.
Вдалеке раздался петушиный крик. Призрак растворился, будто был всего лишь ночным кошмаром.
Шен подумал, что он засиделся в поместье и стоило бы ему отдохнуть за его пределами.
Ему не нужно было долго ждать пробуждения своих учеников: в отличие от него — лежебоки, те уже ни свет ни заря выходили на утреннюю тренировку, не пропуская ее даже тогда, когда строгие учителя ордена РР за ними не наблюдают.