Приподнял крышку с тарелки: яичница с ветчиной, то, что доктор прописал. И хлеб у них здесь мягкий и даже теплый, красота.
– Бог в помощь, – повернул голову и замер в удивлении. С торчащим изо рта бутербродом.
Толя, надо же, тот самый… что поприсутствовал еще в той, предыдущей, жизни на торжественно-похмельной церемонии моего награждения в районном военкомате. А после нее призывал меня вести себя хорошо и не баловаться. Вот так встреча.
– Прошу извинить за опоздание, – непринужденно заметил тот. – Дела, дела.
Приземлился на стул напротив меня, намазал маслом хлеб, уложил поверх пару ложек икры. Налил кофе из блестящего кофейника, серебряного по виду.
– Жизнь дорожает, все сразу начали экономить. – И пояснил для меня персонально: – Раньше ассортимент икры был исключительно по Стендалю, красная и черная, – вздохнул. – Осталась только красная.
– Ужас, – сочувственно заметил я и тоже не побрезговал. Черт бы с ним, красная так красная.
– Как самочувствие? – тезка приподнялся и налил мне кофе.
Заботливо добавил пару кусочков сахара и даже лично размешал. Вот это сервис!
– Не дождетесь. – Я отпил глоток и, против воли, одобрительно кивнул. Процесс экономии в этом доме, как видно, на кофе не распространился. И варить его здесь умеют. – А не съесть ли еще бутербродик? – проговорил в задумчивости – Или?..
– Сделайте милость. – Толя дожевал и отпил глоток из чашки.
Все это он делал исключительно одной, левой, рукой. Правую держал под столом.
Я взял из хлебницы теплую горбушку, намазал ее маслом и… И вот, прямо сейчас хлеб полетит в сидящего напротив.
А следом нож, пусть он трижды тупой, зато рукоятка тяжелая. При соприкосновении таковой с черепушкой нокаут гарантирован. Ну а я…
А что я-то? За нашей трапезой внимательно следят, вон глазок на стене под потолком. Выскочу, допустим, в коридор, а там уже ждать будут и встретят как родного. И много я там, спрашивается, набегаю и напрыгаю, в шлепанцах да в норовящих соскользнуть с задницы портках? Смех один.
– Поберегу, пожалуй, фигуру.
– Отложил в сторонку хлеб с ножом и замер на стуле, как воробышек на ветке.
– И это правильно. – Тезка достал из-под стола странного вида хреновину, длинную трубку с ручкой, и положил перед собой на скатерть. Знакомая, однако, вещь, с помощью таких в цирке обычно усыпляют зверюшек. А совсем недавно успокоили меня. – Иногда полезно вовремя остановиться.
– Золотые слова, – согласился я. Отхлебнул из чашки и угостился на халяву табачком.
