И тут он сделал мне то самое предложение, отказываться от которого себе дороже.
– Оружие или наркота?
– Не понял.
Вскоре, однако, уразумел. Капитан все просто и доходчиво объяснил. План ему, оказывается, сверху спустили: бороться, не щадя ни времени, ни живота своего, с незаконным оборотом наркотиков и торговлей оружием. И что-то ему подсказывало, что я серьезно замешан в том или другом. А то и в том и другом одновременно. И ежели заняться мной вплотную, то непременно отыщется либо наркота, либо стволы с патронами.
Либо и то и другое. Тогда меня непременно закроют лет на много, а квартира уйдет, непонятно куда и к кому.
– А когда выйдешь на волю, и приткнуться будет негде, – облизнулся околоточный с намеком на продолжение банкета. – У тебя же ни папы с мамой, ни другой родни. Прямая тогда дорога на помойку. К бомжам.
– Почему именно я?
– Жизнь, брат, такая, – ласково похлопал он меня по плечу. – Да не боись ты, люди честные, не обидят.
Действительно, не обидели. Тетки из риелторской конторы, куда меня на следующий день отконвоировал добрейший капитан и где он вел себя как хозяин, договор подготовили заранее.
И ободрали меня как липку, цену дали где-то вполовину от реальной. А он, гад такой, от нее еще пятнадцать процентов откусил наличными, персонально себе. За юридическое, видите ли, сопровождение сделки.
Вот тут-то я и озверел. Неделю старательно его пас, а вечером в пятницу прокатился за этим бизнесменом в погонах в его подмосковную усадьбу, покосившуюся избу на заросших дурной травой шести сотках с фанерным сортиром да будкой с голодной собакой.
Лично понаблюдал из кустов, как тот выгнал пинками лучшего друга человека из его жилья и что-то туда засунул, а потом уселся ужинать на свежем воздухе. Пожрал за троих, псу даже корки не кинул и направился почивать.
Я подождал часок, потом коррумпировал лучшего друга человека палкой вареной колбасы, достал из-под будки пластиковый чемоданчик и смотал удочки.
Той же ночью нанес визит к риелторам. Забрал кое-какую наличку из несгораемого шкафа и как следует, от всей души, насвинячил перед уходом: свинтил винчестеры со всех компьютеров, а бумаги залил кислотой.
В общем, много суеты, а на выходе… А на выходе, если сложить капитанскую заначку да те восемьсот тридцать с копейками тысяч рублей, что нашел в агентстве, прибавить к полученной сумме те слезы, что мне там отжалели, как раз и получилась реальная стоимость моей распрекрасной «двушки» в хорошем районе.
