Потому что наглухо вырубился, и в дальнейшей поездке участвовал вполне опосредованно. В виде багажа.
Глава 47
Вохра нас окружила, карабины нам в лица…
– Внимание, говорит первый! Слушаю предельно внимательно. Докладывайте.
– Одиннадцатая команда: чисто.
– Команда номер двенадцать: аналогично.
– Тринадцатые: дубль-пусто.
– Четырнадцатый: досмотрю картину и доложу.
– Пятнадцатый: вроде ничего. Стоп, сейчас кое-что уточню.
Делай, что должно, мать твою! Задремал я только под утро, да так крепко, что едва не проспал.
Есть в кое-то веки поутру совершенно не хотелось, поэтому и не стал. Принял душ, побрился, тоскливо глядя в окно, откушал кофе. Вдумчиво оделся в чистое и тронулся. Не особо торопясь, как будто пытаясь надышаться перед… напоследок, в общем. Поэтому дошел даже раньше, чем планировал. У входа в метро поискал глазами купола с крестами, но таковых не обнаружил. Поэтому перекрестился на «Чайхану номер один» и магазин «Трикотаж», что этажом выше. А вот теперь будь, блин, что будет. От меня уже ничего не зависит.
На радиальной доступа к WI-Fi не было, зато на кольцевой – без проблем. Я приземлился возле последней двери, достал из рюкзака планшетник, вошел в сеть и принялся набивать один из Генкиных адресов.
– Это пятнадцатый! Отчетливо вижу клиента. Последний вагон, последняя дверь и направо.
– Это точно он?
– Абсолютно. Только парик с кепкой напялил, клоун.
ПРИВЕТ, – медленно, с паузами напечатал я, – КАК САМ?
Ответ пришел почти сразу же:
КАК УНИВЕРСАМ.
СИЛЬНО ПРЕССУЮТ?
УМЕРЕННО, – отозвался Генка или кто там.
– ТЫ-ТО КАК?
ПОКА ЖИВ, – со сдержанным оптимизмом заметил я. – А КСТАТИ, КОТОРЫЙ СЕЙЧАС ЧАС?
Пауза, вот ты и попался, дружок. Генка бы ответил сразу и матерно.
ЗДОРОВО, ТЕЗКА, – высветилось на экране. – ГЕНА СЕЙЧАС НЕМНОГО ЗАНЯТ, МЫ ЕМУ ДЕЛАЕМ БОЛЬНО.
ОЧЕНЬ БОЛЬНО?
НУ КОНЕЧНО, МЫ ЖЕ ЗЛОДЕИ.
ЖУТЬ КАКАЯ, – начал было я.
И тут мне наступили сразу на обе ноги.
– Бога ради извините, – приложил ладонь к цветастой рубашке куда-то между сердцем и пупком очень большой мужик.
Тот самый, что умудрился впечатать в пол обе мои ноги одной своей кроссовкой пятьдесят какого-то запредельного размера. – Я, право, так неловок, – но ногу, сволочь такая, не убрал.
Двое приблизительно таких же габаритов организма уселись по бокам справа и слева. Так и проехали несколько остановок, один передо мной, двое по бокам, и я с опущенной главой, как тот народ среди элит, которого имеют в виду все, кому не лень. И как зовут, не спрашивают.
