Стася, подумав, соглашается.
— Блин, ты где? — слышу в трубке голос Дэна. — Я уже весь этот муравейник обошел.
— На втором, в «Нуке».
— Бля, Авдеев, еще я по детским песочницам не шатался!
— Кофе тут вкусный, не ной. — Оглядываюсь — Стася уже убежала в детскую зону и тащит самую большую коробку с кубиками.
— Там хоть мамочки есть, молоденькие?
Я хмыкаю и прячу телефон в карман.
Снова нахожу взглядом Стасю — она уже вовсю строит что-то из кубиков, но на мой взгляд тут же откликается и машет рукой.
О том, что у меня аутоиммунное бесплодие я узнал в тридцатник.
На приседе со штангой так долбануло колено, что пришлось бежать в больницу. Ну а там — куча анализов перед операцией. Ведущий врач был страшно дотошный, откопал там что-то и настойчиво порекомендовал позже сходить к иммунологу. Еще пара тестов — и вот я, генетически неспособный к размножению организм. Точнее, вероятность этого равна примерно нулю целых, одной десятой, при условии, что сойдутся планеты, случится тридцать первое июня, организм даст сбой и не выработает достаточное количество антител, и еще куча других факторов, что в совокупности проще назвать «чудом».
Два с половиной года назад оно случилось, но до финиша так и не дошло.
Я бы сильно слукавил, если бы сказал, что с новостью о бесплодии моя жизнь потеряла смысл. Громкое и сосредоточенное сопение Стаськи, которое я слышу даже отсюда, напоминает, что у меня уже есть дочь, и вряд ли я смог бы любить ее больше, если бы она была моей дочерью еще и биологически. А так, чего уж там, по крайней мере я в курсе, что ее биологический отец — гений и долбоёб, но в целом — нормальный мужик.
И муж моей Валерии.
Ну, точнее, уже два года как точно не моей.
Вопрос с детьми я для себя закрыл. Забетонировал саркофагом."
"Мне с позиции холостяка — в принципе, достаточно комфортной — никакие там наследники для продолжения рода не нужны. Не в дремучие времена вроде живем. Стаська, вон, я уверен, прекрасно все подхватит. А если вдруг на горизонте появится достаточно интересная для меня женщина, ради которой захочется даже целое кольцо, то для нее у меня будет одна «приятная новость» — детей я не хочу, точка.
И либо мы останавливаемся на этом, либо разбегаемся. Вариант «у меня вот так и вот это» я даже не рассматриваю, потому что это прямая дорога в то, что рано или поздно она начнет пытаться. Женщины почему-то всегда до последнего бьются именно за общих детей. А я не хочу каждый день видеть, как дорогой мне человек страдает и разочаровывается.
