Если в проходах было столпотворение, то на арене происходило настоящее безумие. Гиены прыгали и носились по выступам. Одна из них пожирала чье-то тело в алой накидке. Слон бился об стену стадиона, поднимая клубы пыли и ревя от раздражения. Белый медведь и самая крупная кошка из Южных Колоний крались по трибунам, оскалив зубы. В клетках также были змеи, и Матиасу оставалось только надеяться, что этому Джесперу хватило ума их не выпускать.
Они побежали по песку арены, на которой Матиас боролся за привилегии последние полгода, но, когда повернули к туннелю, на их пути встала пустынная ящерица.
Из пасти капал пенящийся белый яд, толстый хвост яростно бил по земле. Не успел Матиас и пальцем пошевелить, как бронзовая девчонка прыгнула ей за спину и пронзила твердую чешую твари двумя блестящими кинжалами. Ящерица взревела и тяжело повалилась набок. Матиас вдруг почувствовал жалость – это гротескное существо никогда не проигрывало битву, и, в конце концов, тоже заслуживало жить.
«Никогда не проигрывало битву до этих пор, – поправил себя он.
– За бронзовой девочкой с кинжалами стоит присматривать».
Он полагал, что они пересекут арену и вернутся на трибуны, чтобы не застрять в проходе с толпой, или же просто побегут по лестнице в надежде проскользнуть мимо стражников, наверняка ждущих наверху. Но Каз повел их по туннелю с клетками. Раньше они служили тюремными камерами, теперь же их отдали во владение тварям, которых удалось добыть хозяевам Хеллгейта на этой неделе.
Старые цирковые животные, звери, пойманные в лесах, даже больной скот, угнанный из деревень.
Когда они прошли через распахнутые двери, Матиас заметил уставившуюся на него пару желтых глаз, светящихся в темноте, и тут же поспешил дальше. Парень проклинал свою онемевшую руку и отсутствие оружия. Он был совершенно беззащитен.
«Куда нас ведет этот Каз?»
Они обошли дикого кабана, пожирающего тело охранника, и чуть не врезались в хищную кошку. Та шипела на них, но ближе не подходила.
А затем сквозь мускусную вонь животных и смрад их отходов пробился свежий запах соленой воды. Послышался шум волн. Поскользнувшись, Матиас обнаружил, что камни под его ногами влажные. Он шагает по туннелю, в который ему запрещалось входить. Туннель, очевидно, ведет к морю. Что бы ни задумали Нина и ее люди, они действительно выводили его из недр Хеллгейта.
В зеленоватом свете шаров, которые несли Каз и бронзовая девочка, виднелась пришвартованная лодчонка.
