Я разрушу его жизнь. Сожгу его имя в гроссбухе. От него ничего не останется.
Пекка Роллинс уже потерял счет тому, сколько угроз он слышал, скольких людей убил и скольким смертям стал свидетелем, но от взгляда Бреккера у него по спине побежали мурашки. Что-то гневное в этом мальчике просилось на свободу, и Роллинс не хотел бы находиться рядом, когда оно сорвется с поводка.
– Открой сейф, Доути.
Роллинс протянул Казу деньги, а затем Бреккер подписал соглашение о передаче своей доли в «Клубе Воронов» и в золотой жиле, которой была Пятая гавань.
Когда Пекка протянул руку, чтобы завершить сделку, от хватки Бреккера у него захрустели костяшки.
– Ты совсем меня не помнишь, не так ли? – спросил парень.
– А должен?
– Пока нет. – Та ненависть вновь мелькнула в глазах Бреккера.
– Сделка есть сделка, – сказал Роллинс, желая поскорее избавиться от этого странного создания.
– Сделка есть сделка.
Когда они ушли, Пекка посмотрел вниз. Часть пола была стеклянной и находилась над игровым залом «Изумрудного дворца».
– Неожиданно прибыльный конец дня, Доути.
Тот что-то крякнул в знак согласия, глядя на происходящее за столами внизу – кости, карты, «Колесо фортуны», проигранные и выигранные состояния. И самый вкусный кусочек этого пирога доставался Роллинсу.
– Зачем он носит эти перчатки? – спросил телохранитель.
– Полагаю, это дешевая театральность. Кто знает? Да и какая разница?
Роллинс наблюдал, как Бреккер и его команда идет по людному игровому залу. Они открыли дверь на улицу и на долю секунды превратились в силуэты в своих масках и плащах, очерченные светом от фонарей – калека, за которым тянется группа детишек в костюмах.
Та еще банда. Пекка полагал, что Бреккер был хитрым вором и достаточно жестким и изобретательным. Но, в отличие от тех бедных марионеток в Ледовом Дворе, Ван Эк готов к встрече с ним. Мальчик вступил в смертельную схватку. У него нет ни единого шанса.
Роллинс потянулся к часам. Приближалось время, когда приходила следующая смена крупье, а он любил проверять их лично.
– Сукин сын! – воскликнул он через секунду.
– Что не так, босс?
Роллинс поднял цепочку от часов. На месте украшенного алмазами хронометра внезапно оказалась репа.
– Маленький ублюдок… – затем ему пришла в голову еще одна мысль. Он потянулся за кошельком. Того на месте не оказалось. Как и булавки для галстука, каэльского амулета в виде монеты, который приносил удачу, и золотых пряжек на его обуви. Роллинс задумался, не проверить ли ему пломбы в зубах.
