Когда в Джеспере впервые начала проявляться сила, это разбило ему сердце. Он настаивал, чтобы сын никому о ней не рассказывал. «Я боюсь за тебя, – говорил он. – Мир бывает жесток к таким, как ты». Но Джеспер всегда думал, что, может быть, отец сам его боится.
«Что, если бы я поехал в Равку, а не в Керчию? – подумалось ему. – Что, если бы я присоединился ко Второй армии?» Интересно, позволяли ли они фабрикаторам воевать, или те просто сидели за стенами своих мастерских? Равка отстраивалась, стала более стабильной. Обязательного призыва для гришей больше не было.
Он мог бы наведаться туда, возможно, научиться лучше использовать свою силу, оставить позади игорные дома Кеттердама. Если им удастся доставить Бо Юл-Баюра Торговому совету, все станет возможно. Земенец помотал головой. О чем он думал? Ему нужна доза неизбежной опасности, чтобы вернуть ясность ума.
Джеспер поднялся на ноги.
– Я иду внутрь.
– Какой план?
– Увидишь.
– Давай помогу.
– Поможешь, если заткнешься и не будешь путаться под ногами. Вот, – стрелок прицепил веревку к краю крыши и опустил ее позади ряда каменных плиток, выложенных вдоль дорожки.
– Дождись, пока я обезврежу стражников, а затем спускайся.
– Джеспер…
Тот пригнулся и побежал по крыше, осматривая весь широкий внутренний двор. Затем занял позицию на стене за стражником.
Бесшумно привязал конец веревки к крыше и начал медленно спускаться по стене. Охранник стоял прямо под ним. Джеспер не был Призраком, но если ему удастся тихо приземлиться за спиной стражника, то все закончится без лишнего шума.
Он напрягся, готовясь к прыжку. Из дома вышел второй охранник, который потирал ладони от холода и что-то громко говорил, а за ним появился и третий. Джеспер замер. Он висел посреди стены над тремя вооруженными стражниками, без какого-либо прикрытия. Вот почему Каз всегда планировал все заранее! На его лбу выступили капельки пота. Ему не победить трех стражников сразу. А вдруг в караульном помещении сидели другие, готовые бить тревогу?
– Тихо, – сказал один стражник.
– Вы ничего не слышали?
«Не смотри вверх. Ох, святые, не смотри вверх».
Они медленно обошли двор, подняв винтовки. Один из них поднял голову, осматривая крышу. Он начал поворачиваться.
Воздух пронзил странный, мелодичный звук:
– Скирден Фьерда, кенде хьертце-е-е-е-енг, лендтен исен эн де ва-а-а-а-анден.
Фьерданские слова, которых Джеспер не понимал, лились над внутренним двором переливчатым, идеальным тенором, раскатываясь по бойницам из черного камня.
Уайлен.
