– Ты… ты сказал, что, если он нам поможет…
– Хочешь последовать за ним?
Парень глубоко вдохнул, словно пытался набраться храбрости, и выпалил:
– Ты не выкинешь меня за борт. Я тебе нужен.
«Почему люди постоянно мне это говорят?»
– Возможно, – ответил Каз. – Но я сейчас не очень здраво рассуждаю.
Джеспер опустил руку Уайлену на плечо.
– Просто забудь.
– Это неправильно…
– Уайлен, – слегка встряхнул его Джеспер. – Может, репетиторы тебя этому не учили, но не стоит спорить с человеком, покрытым кровью и с ножом в рукаве.
Сын купца сжал губы в тонкую линию. Каз не мог понять, испугался паренек или злится, но ему было все равно. Хельвар молча стоял в стороне и просто наблюдал за происходящим. Вид у него был не очень, а кожа под светлой бородой позеленела от морской болезни.
Каз повернулся к Джесперу:
– Найди для фьерданца кандалы, чтобы он оставался честным. – Затем начал спускаться в трюм. – И принеси мне чистую одежду и воды.
– С каких пор я стал твоим камердинером?
– Человек с ножом, помнишь? – крикнул Каз через плечо.
– Человек с револьвером! – отозвался Джеспер.
Каз ответил экономящим время жестом, показав средний палец, и скрылся внизу. Ему хотелось принять теплую ванну и выпить бренди, но пришлось удовлетвориться одиночеством и отсутствием запаха крови.
Пекка Роллинс. Имя отдавалось в его голове, как выстрелы пистолета. Опять он – человек, лишивший его всего. Человек, который встал между Казом и самым грандиозным похищением в истории банд. Отправит ли Роллинс кого-то вместо себя или сам возглавит операцию по похищению Бо Юл-Баюра?
В стенах темной каюты Каз прошептал: «Кирпичик за кирпичиком».
Убить Пекку всегда казалось заманчивой идеей, но этого было недостаточно. Каз хотел унизить его. Хотел, чтобы он страдал, как когда-то они с Джорди. И возможность вырвать тридцать миллионов крюге прямо из загребущих рук Роллинса – неплохое начало. Может, Инеж права. Может, судьбе было дело до таких людей, как он.
14. НинаСидя в тесной хирургической каюте, Нина пыталась собрать тело Инеж воедино, но ей не хватало опыта для такой работы.
Во время обучения в столице Равки первые два года все корпориалы занимались вместе: изучали одни и те же предметы, проводили вскрытия. Но затем их пути расходились. Целителей учили тонкому искусству заживления ран, а сердебиты становились солдатами – экспертами в нанесении, а не лечении травм. Разные типы мышления, хотя в принципе они обладали одним и тем же даром. Но живые требуют больше сил, чем мертвые.
