Оказывает спазмолитическое действие на гладкую мускулатуру, вызывает хрипоту, головную боль, жажду, частый пульс, тошноту, понос, галлюцинации, вспышки немотивированной злобности, истерику. В последующем развивается коматозное состояние.
– Очень ядовит… Тошнота, понос, галлюцинации… – повторила я. – Сколько с меня за исследование?
Маневин объявил цену.
Я порылась в кошельке, набрала нужную сумму и смутилась.
– Простите, купюры мелкие.
– Но от этого они не перестали быть деньгами, – улыбнулся Феликс Жанович.
– Похоже, ваши подозрения оправдались. Этой настойкой легко отравить человека. Попробуйте пирожные, они свежайшие.
Минут пятнадцать мы болтали о разных пустяках. Вдруг Феликс Жанович, постоянно жестикулировавший, сделал резкое движение рукой и уронил тарелку. Упав на пол, она рассыпалась на мелкие осколки.
– Вот косорукий медведь… – отругал себя Маневин. – Официант! Включите посуду в счет.
Я встала.
– Мне пора, спасибо за кофе и сделанный анализ.
Феликс тоже поднялся.
– Ерунда, пустяковая задачка. Это я должен вас благодарить за приятно проведенное время. Вы любите воду?
– В смысле? – не поняла я.
– Вроде погода наладилась, – улыбнулся он, – давайте поедем в парк. Можно взять лодку, поплавать по пруду.
– Мне надо вернуться на работу, – покачала я головой.
– Тогда после нее вечером встретимся. Покатаемся при луне, – не сдавался Маневин.
– Завтра мне опять на работу, – я подыскивала вежливые причины для отказа.
– Вставать рано. Вадим Иванович живет в седьмом доме на улице Бубнова, движение там одностороннее, чтобы доехать, приходится кружить. Я всегда по утрам попадаю в пробку. Как-нибудь в другой раз. Спасибо за приглашение.
– Давайте провожу вас, – засуетился Маневин.
– Не надо, – возразила я. – Не люблю, когда меня с церемониями доставляют к автомобилю."
"Чтобы не дать Феликсу Жановичу возможности настаивать, я быстро отошла от столика.
Распахнула дубовую дверь, вошла в холл, захлопнула дверь и – очутилась в кромешной темноте. Растерялась, сделала шаг и стукнулась обо что-то лбом. В ту же секунду моего лба коснулось нечто вроде барабанной палочки, причем это нечто было мягким и раскачивалось, а затем до лица дотронулась пушистая шкурка. Я в недоумении подняла руку, нащупала морду, оскаленные зубы и закричала:
– Помогите!
Сзади послышался скрип.
