– Ты забавная, – хмыкнул Хин, поддерживая меня за талию, когда я в очередной раз оступилась, и тут же убирая руку.
– Я нетрезвая, – хихикнула в ответ. – Все в таком состоянии забавные.
– Возможно. – Он не стал спорить, поднял голову, подставляя лицо лунному свету. – Скоро мы дойдем… а утром ты мало что вспомнишь про этот вечер. Не жалеешь?
– Не знаю, – спустя несколько секунд осторожно ответила я. – Наверное, все же нет.
– Почему? – казалось, очень удивился Мастер.
– Спокойствие и устойчивая картина мира мне дороже.
Так же, как и расставленные приоритеты. Их сдвиг всегда обходится как минимум нервами.
– Какая ты временами рациональная, – грустно улыбнулся мой спутник, крепче сжимая ладонь на локте. – Прямо как настоящая гномка, не желаешь менять устоявшиеся порядки.
– Что бы вы ни думали, я и правда по духу скорее гномка, – припомнила я нашу с ним первую встречу. – Так что это неудивительно.
– Ну да…"
"На этом разговор как-то сам собой угас, и никто не предпринимал попыток его реанимировать.
Тем более что то чувство легкости ушло.
Мы приблизились к воротам усадьбы, и Мастер остановился. Мне пришлось последовать его примеру.
– Спасибо, что проводили… да и за все, что было сегодня, – немного скомканно проговорила я, не дождавшись первого «хода» от синеглазого палача.
– Не за что, Миямиль, – пожал плечами Хин. – И спокойной ночи.
Он открыл портал и отступил в сверкающее марево.
– Вам того же. – Махнув на прощание рукой, я скрылась за калиткой и торопливо рванула к дому.
Отдышаться рискнула лишь за тяжелой дверью.
Уф! Вот это был вечерок!
Но теперь другая задача. Надо просочиться в мою комнату и не попасться сокурсникам. Так как объяснять причины своего нетрезвого состояния как-то не хочется.
К счастью, все прошло удачно. В общей гостиной, судя по едва тлеющим в камине углям, давно никого не было.
Я на цыпочках прокралась в свою комнату и, с трудом раздевшись, рухнула в постель. Уснула почти сразу, видать, сказалось обилие переживаний и новых впечатлений.
Некоторое время спустя в одной из лабораторий департамента на улице Висельников
В операционной было прохладненько. Потому Лель стоял, обнимая ладонями чашку с горячим кофе, и с неподдельным интересом осматривал весьма неприглядный развороченный труп на столе.
