— Её голос стал твёрдым. — Там бои идут на подступах к городу.
— Я знаю, там мой папа в ополчении, — прошептала я, еле сдерживая слёзы, готовые вот-вот хлынуть заново.
— Полька, где вы там?! Быстро за стол! Долго вас ждать? — донёсся с улицы резкий оклик, и Поля заторопилась:
— Пошли, пошли скорее, а то баба Лиза заругает. Но ты её не бойся, на самом деле она добрая.
Дома на столе нас ждал чугунок с кашей, распространявший по дому запах распаренной пшёнки из русской печки.
— Тарелки сами вымоете, — буркнула баба Лиза и села напротив меня на скрипучий стул с гнутой спинкой.
"
"Чтобы не видеть плёнку бельма на зрачке, я опустила голову и посмотрела на свои коленки, обтянутые суконной юбкой Полины. Ноги, обутые в лапти, упирались в домотканый коврик в зелёную и красную полоску. И вся я после бани чувствовала себя другой, чужой и непривычной. Я представила, как расскажу маме про новых знакомых, и словно лбом о стену ударилась. Мамы! Мамы нет! Я стиснула руки в кулаки.
— Москвичка, значит? — Здоровый глаз бабы Лизы цепко уставился мне в лицо. — Как звать-то тебя?
— Ульяна.
— Хорошее имя, христианское, — одобрила баба Лиза. — Крещёная?
— Я комсомолка.
Не меняя сурового выражения лица, баба Лиза растянула губы в улыбке:
— Я тебя не про комсомол спрашиваю, а про Святое Крещение. Господу твоя партийность ни к чему, Он на душеньку зрит — крещёная или нет.
Нелепый вопрос привёл меня в смятение. Я заметила, что Поля выразительно подмигнула, напоминая мне о своём предупреждении о старорежимности бабы Лизы.
Хотелось бы коротко и по-комсомольски ответить отрицательно, но я не любила врать. Меня действительно крестили. Я смутно помню, как папина тётка отвела меня в церковь, где в воздухе плавал необычный, но приятный запах и пел хор. Помню ножницы в руках священника. Когда он отрезал мне несколько волосков от чёлки, я заорала и попыталась укусить его за руку.
Я кивнула головой:
— Крещёная.
— Ну, слава Тебе, Господи.
А то среди нонешней молодёжи нехристей — что сорной травы в поле. — Баба Лиза пожевала губами и напрямик спросила: — Полька сказала, мать у тебя бомбой убило?
Меня затрясло мелкой дрожью.
— Да.
Я привстала, чтобы уйти, но баба Лиза словно не заметила моего смятения и продолжала допрос:
— Сама видела?
— Нет. Женщина в поезде сказала, что в заводоуправление, где работала мама, попала бомба. Поэтому мамы в поезде нет.
