Плюс ко всем этим прелестям у меня ужасно горело лицо, словно я накануне сунула его в муравейник.
— Это просто лёгкие химические ожоги. Они скоро сойдут без следа, — известила военврач второго ранга Лидова, глянув на меня огромными глазами за толстыми стёклами очков. Когда она тыкала мне в лоб и щёки длинной палочкой с влажной ваткой, я жмурилась. От рук доктора пахло хлоркой и йодом, а я думала о том, что неизвестно сколько времени придётся ходить огородным чучелом. Потом военврач взяла в руки ножницы и несколькими точными движениями выстригла мне короткую чёлку.
— Вот теперь порядок.
Она сунула мне в руки ручное зеркальце, отразившее испуганное лицо страшненькой чумички лет пятнадцати. А я считала себя взрослой и симпатичной!"
"— Курите, если хотите, — сказала я Аслану и Владимиру, чтобы хоть как-то завязать разговор, потому что молчание втягивало в новый виток страха.
— Нам нельзя, — отозвался Аслан, — пропахнешь махоркой, немцы сразу поймут, что ты среди мужиков была. А мужики у нас где? Правильно: в армии или в партизанском отряде.
Накуримся вдоволь, пока тебя ждать будем.
— А вы будете меня ждать? — жалобно пробормотала я, чувствуя, как мой страх сделал шаг назад и затаился до следующего раза.
— Конечно, будем! А ты как думала? — подал голос Владимир. — Доведём тебя до места, помашем ручкой на прощание и затаимся в условленном месте. Когда бы ты ни появилась, мы тут как тут. А если с тобой что-то случится, будем выручать из беды. — От этих слов мне стало легче дышать.
Владимир подсел ко мне ближе. — Давай повтори названия населённых пунктов вокруг Лапино и ещё раз расскажи, кто ты и откуда.
— Я — Ульяна из деревни Рожки, дочка пастуха. Плету лапти, — затараторила я как по писаному, стараясь лучше вжиться в роль деревенской девушки. Откуда-то само собой в речи появилась просительная интонация, словно бы я действительно очень нуждалась в куске хлеба.
— Молодец, хорошо, — одобрил Владимир, — справишься на пятёрку, даже не сомневайся. Тебе бы в артистки.
Вскоре машина уткнулась в болото, и дальше мы пошли пешком. Перед этим Аслан велел мне снять ботинки и протянул резиновые сапоги. Оказывается, он нёс их в своём заплечном мешке.
— Потом снова переобуешься. По легенде, ты ведь по деревням ходишь, а не по болотам. Спросят, почему ноги грязные, что будешь отвечать?
— Скажу, лыко заготавливала, — нашлась я с ответом и обрадовалась, когда Аслан довольно кивнул:
— Молодец. Вижу — не пропадёшь.
