— Ты и так слышал, то что не следует!
— Но я же тоже акционер компании!
— Сын, это очень опасно, и я никогда не подставляю близких мне людей, поэтому вы не в теме! — отец встал из за стола, — Тема закрыта!
Да что, происходит! Неужели у отца хотят отжать бизнес, а мы в стороне! Надо подождать, когда отец успокоится и поговорить с ним! А к тому времени, надо навести справки, за последнее время о несчастных случаях с автовозами и банкротстве автофирм.
Ушёл в наш кабинет и набрал Вадима.
— Ты освободился? — спросил, как только друг ответил.
— Почти, а что? — спросил он.
— Дело есть. Надо, чтоб ты у своего отца поспрашивал, но только без фанатизма, — начал я, незная как нам лучше сделать.
— Что случилось? Что ты мямлишь? — спрашивал Вадим непонимающе.
Я пересказал ему разговор наших отцов и мой разговор с отцом.
— Что думаешь? — спросил у друга, который молчал.
— Постараюсь, что нибудь узнать у отца! — проговорил он, — На связи.
Я знал, что Вадим не хотел обсуждать с отцом рабочие моменты, они общались лишь по семейным вопросам.
Да и из его отца, что то вытащить, не так просто. Не даром отца Вадима называли акулой автобизнеса, нашего региона и не только. Отношения у них, так и оставались натянутыми, хоть Егор Савин и вёл себя сдержанно, особенно в выпускной вечер.
Поэтому, как это будет делать Вадим, я не представлял, но я твёрдо был уверен, что нам нужно быть вкурсе, чтоб помочь отцу, в трудную минуту. Ведь именно мы, те люди, на которых он сможет положиться!
На вечер была назначена встреча с любимой.
Родители Кати меня принимали очень хорошо, и часто в нашем присутствии упоминали в разговоре слово — СВАДЬБА.
Просидел в офисе до вечера, искал нужную мне информацию. Подъехал к Кати, она вышла ко мне и села в машину. Сегодня квартира в нашем пользовании.
Завалившись в гостиной перед телевизором, мы лежали и разговаривали."
"— Ты сегодня какая то взволнованная? — спросил у Кати, целуя её.
— Сегодня к папе, домой приезжал отец Вадима, — начала она, целуя меня в ответ.
Но после её слов, какой то холодок пробежал внутри меня.
— И что? — спросил я.
— Они разговаривали в кабинете, мы с мамой были на кухне, но разговор был громким и эмоциональным.
Я задумчиво смотрел на неё, ждал продолжения.
— Отец так разволновался, давление поднялось, мама таблетки давала ему, — продолжала Катя.
— Что за день такой! — проговорил я, пытаясь сложить пазл, который не хотел плюсоваться в одну картину.
