Не в стекло или лед, а долбанный, бесчувственный камень. Эмоции отступают, сменясь хладнокровным желанием жить. И во что бы то ни стало узнать правду.
– Говорят, творит чудеса. Сначала надо избавиться от женушки. Так будет легче заполучить квартиру ее мамаши. Зачем ты подняла эту тему сейчас? Или мое гостеприимство навеяло тебе эти мысли? Она ушла. Чего тебе еще надо?
– Ты же хотел квартиру… Макс, мне страшно. А если дело погибшей… лани начнут распутывать? – вымучено вздыхает Ира.
Хорошее же они придумали прозвище женщине.
Ведь это про нее речь? И Макс с Ириной причастны к ее смерти. Только как?
– Не начнут. Много лет прошло. Тогда не нашли и сейчас… Забудь уже о ней. И хватит есть мою картошку, Ир, – смеется он беззаботно.
Словно совсем недавно не обсуждал смерть какой-то женщины и способ убийства собственной жены.
– Мой любимый… – шепчет Ирина.
Господи, дай мне сил все это вынести. Прошу тебя, пожалуйста… Пусть он поддастся ее чарам, подхватит на руки и унесет в спальню. Ну, пожалуйста… А я успею сбежать…
Кошусь на сапоги, одиноко стоящие в углу.
Медленно тянусь к верхней полке, выуживая старый походный рюкзак. Сую туда все, что попадается под руку.
– Иришка, ну какая ты… – доносится довольный голос мужа.
– Ма-акс… Это нормально, что я все время тебя хочу? – мурлычет она.
Боже, меня сейчас стошнит. Давай, Ириша, продолжай в том же духе… Запритесь в спальне, а лучше… Только не это – похоже, парочка спешит уединиться в ванной. А она через стенку…
Замираю, как мышка, и тихонько выключаю свет.
Тишину нарушают шорохи и шаги, а потом дверь ванной комнаты с тихим клацаньем закрывается. Слышится звук льющейся воды и довольные возгласы моего предателя-мужа…
Быстро обуваюсь, надеваю поверх рубашки теплый свитер и на цыпочках выхожу в коридор. Надеваю куртку и случайно задеваю рукой торшер. Он с грохотом падает… Ну какая же я неуклюжая! Почему именно сейчас? Кошелек, телефон – все на месте. Паспорт в сумке, которую Максим не заметил.
В тот момент, когда я толкаю входную дверь, в прихожей появляется Максим.
По его плечам взбитыми сливками сползает пена, вокруг бедер висит полотенце, а на лице застывает перекошенная от ярости маска. Таким я никогда своего мужа не видела… На мгновение наши взгляды встречаются. Наверное, именно в этот момент внутри все вымерзает… Чувства, вера в семью, любовь, доверие…
– Стоять, сука! – кричит он, бросаясь на меня. – Ира, она была здесь, дома! И все слышала! Ира-а-а!"
"Я концентрируюсь и вылетаю в подъезд.
