Вспыхнули решимостью и волей голубые, почти синие глаза.
Хаджар был готов к битве. Он ждал её как мать, стоя у порога, ждет заблудшего сына.
Буйвол взревел. Его могучее горло заставило мелкие камешки подпрыгивать и скатываться в разгоряченное телом и дыханием море.
Хаджар использовал свой лучший удар. Его меч рассек пространство со скоростью, с какой не падают даже самые быстрые и горячие звезды.
На мгновение могло показаться, что от одного лишь взмаха Хаджара море, на расстояние до двадцати метров, расступилось в сторону.
Что появилась сеточка трещин на камнях, и что в воздухе осталась белая, тут же исчезнувшая полоска.
Удар Хаджара был сильнее всех, что он наносил прежде. Потому что перед ним стоял самый страшный враг. Враг который ничего не хотел отнять у Хаджара. Ничего, кроме свободы.
Буйвол поднял на рога волну энергии меча, способную смертельно ранить Небесного Солдата начальной ступени. Это выглядело так, будто бы на его “оружии” заплясал настоящий шторм стального света и драконы громом ревели в этом шторме.
А затем все стихло.
Буйвол пару раз мотнул головой и шторм исчез. Порванными лоскутами он упал в море и исчез среди белой пены и брызг.
Хаджар, тяжело дыша, отступил на шаг. Его волосы разметались и прилипли ко потному лбу.
Но он не собирался сдаваться.
Только не сейчас.
Только не когда горизонт был так близко…
Хаджар опустил вторую ладонь ни клинок и вихрь энергии уже больше не кружил вокруг ступней. Он поднялся до колен, и дракон в нем стал намного отчетливее.
Лунный Стебель вспыхнул стальным сиянием.
Он задрожал и будто бы застонал, будучи не в силах сдержать энергии своего хозяина. Этот удар был еще сильнее и быстрее предыдущего."
"– Весенний Ветер! – взревел Хаджар.
И если в прошлом ударе он использовал лишь собственную энергию и знания о Пути Меча, то теперь… К ним прибавилась техника дракона Травеса. Техника, в несколько раз способная усилить любой из ударов.
Хаджар почувствовал, как запас энергии мира в нем сократился едва ли не на четверть.
Но оно того стоило.
Вертикальный разрез-удар, несущийся к буйволу, разрезал воду и камни. Он заставлял воздух петь жалобную песнь, а шум прибоя меркнуть перед ревом призрачной морды дракона, таившейся в этом ударе.
Буйвол наклонил голову, выставив вперед рога. Удар столкнулся с ними, но не исчез, как его предшественник.
Монстр взревел. По его черной шерсти потекла густая кровь. Но удар не смог рассечь крепкого черепа. Буйвола лишь отодвинуло на несколько метров.
