В этот момент Неро выглядел не как опытный воин, а как бродячий торговец. Ну или просто не самый умный вор, решивший стащить не нечто драгоценное, а что под руку подвернулось.
– Шутишь – значит все в порядке, – кивнул Неро.
Он достал из кармана небольшой медальон и подошел к Хаджару. Что-то бормоча он принялся изучать ошейник. Делал он это ровно до тех пор, пока Хаджар не отодвинул его в сторону.
– Что, совсем все плохо? – спросил Неро.
– Ты о чем?
– А ты чего меня двигаешь? Сейчас эту ерундовину снимем и махнем в Море Песка и…
Хаджар смотрел на друга… брата… товарища с взглядом, которым выражал мысли лучше, чем любые слова.
Неро прекрасно знал и помнил этот взгляд. Именно так Безумный Генерал смотрел в моменты, когда хотел показать, что спорить с ним бесполезно.
– Ты чего, Хадж? Совсем с ума сошел?! – Неро, насколько это было возможно, кричал, но шепотом. – Да они уже все королевство оповестили! На центральной площади уже помост поставили! Костер сложили! Тебя завтра на рассвете сожгут заживо ко всем демонам и богам!
– Я думал, ты раньше придешь….
– Ты вообще меня слушаешь, идиот безумный?! Тебя собираются казнить. Если не понятно, я повторю по буквам! К-а-з-н-и-т-ь!
Хаджар пожал плечами и слегка поморщился от боли, вызванной ошейником. Все же, мерзкое изобретение клятых артефакторов. Не могли они, что ли, обойтись без этой массы впечатлений. Или, может, кто-то просто испытывал, при создании, классовую ненависть по отношению к практикующим?
– Я не побегу, Неро. Только не в этот раз.
Только не теперь.
Неро, молча, но закричал. Во всяком случае, именно так Хаджар понял беззвучно открывший рот и удар по воздуху. Если бы такой пришелся по стене, то, может, трещина прошла бы по всему периметру дворца и обрушила потолок на первом этаже.
– Ты себя послушай, псих проклятый! Ты помереть там собрался? Как собака? На костре?
– Я не могу, дружище, не могу…
– Проклятье! Демоны и боги! Да почему?!
Вместо ответа Хаджар просто кивнул в сторону свертка, окутанного серебрянным светом луны.
Неро, прошедший сквозь те же жернова войны, что и Хаджар, тут же понял, что именно лежит в самодельном саване. Он тут же заметил и цепи, и окровавленные, проржавевшие крюки.
Гнев и ярость ушли из взгляда Неро, оставив после себя понимание и сожаление.
Вздохнув, он опустился рядом с Хаджаром и протянул тому трубку, подаренную девушкой, в которую Хаджар так и не смог влюбиться…
– Спасибо, – кивнул Хаджар и с наслаждением затянулся ароматным дымом.
