С Неро и Хаджара мигом слетели маски дурашливости. Они встали плечом к плечу и обнажили клинки. Короткий классический и тяжелый, исполинский. Скорпион понесся в их сторону, будто увидел перед собой вход в библиотеку Бессмертных.
Сверкнуло лезвие Лунного Стебля и люди разом забыли, как дышать. Им показалось, что этот простой взмах мечника в заштопанных (и от того кажущихся разноцветными) одеждах отсек звуки, ветер и даже кусочек света.
Некоторым показалось, что они увидели, как призрачная полоса, тонкая и почти незаметная, прошла сквозь столп лунного света.
И этот столп, будто отсеченный шлейф от свадебного платья, упал в лужу и растворился в ней.
Другие же могли поклясться, что в этой полоске они заметили блеск глаз дракона, и в её полете услышали рев Хозяина Небес. Необычайно острая и столь же быстрая, но почти невидимая, совсем не похожая на то, что сорвалось с лезвия меча-исполина.
От взмаха Неро задрожала черепица на крышах окрестных домов.
По дубовым стенам таверны поползли широкие трещины. Исполинский меч остановился в десяти сантиметрах над брусчаткой. Но даже так – в воздух выстрелили осколки раздробленных камней. Волна энергии кроила мостовую, вырывала из неё целые куски породы, разбрасывая их в разные стороны."
"Следом за тонкой и невидимой полосой удара, понеслось цунами разрушительной силы. И людям не нужно было стараться или напрягать воображение, чтобы разглядеть в этой волне тигриные очертания.
Именно от рыка этого зверя дрожали стены домов. Именно от его лап взлетали в небо куски камня.
А затем тигриный рык и драконий рев слились воедино. Они прошли сквозь туманного скорпиона, будто того и не было вовсе. У убийц не было ни единого шанса ни сбежать, ни увернуться. Они, используя остатки силы и энергии, попытались защититься, сформировав перед собой подобие заслона.
Раздался взрыв.
Когда успокоился поднявшийся ветер и осела пыль, то на мостовой, помимо кровавых разводов и небольших ошметков плоти, больше некого не было.
Только глубокий, изрезанный шрамами от меча, кратер в центре улицы.
Зрители с ужасом повернулись в сторону двух мечников, но тех уже не было рядом с таверной.
Многие наемники в тот день напились. Кто-то решил навсегда забросить свою профессию вольного клинка. Другие, напротив, наполнились решимостью идти еще дальше по пути бесконечного самосовершенствования.
