Селиам, пыхтя, пытался выдернуть его из стальной хватки, но не мог даже оцарапать кожи, не то что забрать оружия.
– Убери свои грязные руки…
– Как прикажете, ваше превосходительство.
Хаджар сжал кулак и с громким звоном клинок треснул. По руке Хаджара побежали кровавые змейки. Каплями они срывались на воткнувшийся в землю обломок лезвия.
Селим все еще держал в руках сломанный меч, когда его грело вдруг взял в тиски свирепый зверь. Этот зверь легко оторвал его от земли и поднял на вытянутой руке-лапе.
Юноша смотрел в бездонные, синие глаза и не видел в них ни капли человеческого.
Как не услышал он этого “человеческого” в рыке, вырвавшемся из пасти зверя.
Воинственный клич Хаджара поддержали и солдаты, а вскоре их клич сменился на раскатистые волны смеха.
По сапогам юноши стекала пахучая, желтая струйка.
Хаджар, скривившись, отшвырнул от себя Селима.
– Убирайтесь, – спокойно произнес он.
– Ты хоть понимаешь, на кого поднял руку, смерд! – кричал граф. – Это сын одного из первых чиновников генералитета.
"
"– Я сказал – убирайтесь.
– Да я вас всех здесь…
– Воины! – Хаджар поднял в небо сжатый кулак.
Смех тут же оборвался, а солдаты, сохраняя стену щитов и выставив копья вперед, с громким “Хэ!” сделали шаг вперед. Сам же генерал вновь опустил ладонь на рукоять меча.
– Трижды я не повторяю никогда.
– Вы еще об этом пожалеете, – подбирая одежды, чиновники, толкая друг друга, пытались забраться в повозки.
– Я расскажу отцу, – взвыл Селим, бросившись в свой, отдельный ото всех транспорт.
Спустя пару секунд, от делегации осталась лишь дорожная пыль, вихрящаяся в воздухе. Им в след смотрели горящие стальной волей синие глаза, в глубине которых сворачивался кольцами свирепый дракон.
Глава 96
– Нет, это все, конечно, очень поэтично, – Неро чистил кинжалом ногти, закинув ботинки на стол карту. – но ты ведь понимаешь, что штаб нам теперь жизни не даст?
Хаджар в это время продолжал изучать свитки, параллельно почесывая Азрею, спящую у него на коленях. Содержания армии хватало еще на три недели.
На пять – если прекратить выплаты старшим офицером. И на семь, если не платить и младшим.
Смысла обрезать жалование простых солдат не было никакого. Как бы они не уважали своего нового генерала, но без денег сражаться вряд ли будут. Если и вовсе – бунт не поднимут.
Раньше, пару тысяч лет назад, может и сражались бы. А сейчас, после того как вся система Лидуса сгнила, то возникали резонные сомнения в наличии подобной мотивации у воинов.
