Генерал вышел из лечебницы, только чтобы оказаться среди тысяч легко раненных. Бинтуемых, тех кому прикручивали к рукам палки и доски, чтобы побыстрее залечить растяжение.
Нашествие зверей пусть и быстро миновало, но как и любое наводнение успело нанести немалый ущерб.
Если бы сейчас сюда наведался со своими учениками и Мастерами ближайший к ним павильон секты, то от них не осталось бы и воспоминания. Хаджар шел среди больных, будто крестьянин посреди потоптанного поля.
Порой ему салютовали, чаще приветствовали сидя, простыми:
– Мой генерал.
Неро, чудом отделавшийся в столь яростной битве несколькими царапинами и ушибами, руководил возведение укреплений вокруг прохода в волшебном барьере. Сере потребуется не меньше недели, чтобы вернуть своим чарам былую мощь и закрыть созданную ею же арку.
Подходя к своему шатру, Хаджар посмотрел на высокие скальные утесы.
Он уже успел привыкнуть к тяжелому, серому одеяло закрывавшему бесконечный небесный свод. Он привык к ветру и лишь иногда смолкающему бурану.
Теперь же, когда он то и дело замечал лазурную синеву и то, как в лесах потихоньку набухали почки на деревьях, он понимал, что зима близилась к концу. А вместе с ней и выигранный ими перерыв.
Перерыв, который пусть и дал немного подкопить силы и укрепить свои позиции, тут же закончился разгромной победой. Как бы глупо ни звучало подобное словосочетание.
Откинув полог, Хаджар вошел внутрь. На столе дрыхла миниатюрная Азрея. Белый, пушистый котенок с красивым узором из черных полосок.
Недавно, она, возможно, спасла жизнь Хаджару обернувшись могучим тигром.
Он погладил её. Так же спокойно и беспечно, как и раньше. Образ тигрицы нисколько его не пугал и не смущал.
– Значит, хранишь свои секреты? – спросил Хаджар, зная, что спящего котенка не разбудит и пушечный выстрел. – маленькая разбойница. Надеюсь, когда-нибудь ты покажешь мне все свои способности.
Он уже собирался рухнуть на кровать и ненадолго заснуть, как сзади повеяло знакомым ароматом. Зима, волны и волки.
– У неё нет никаких секретов, – произнесла Нээн, вошедшая в шатер.
Они обнялись, ненадолго прижавшись друг к другу лбами. Странно, но от этих объятий Хаджар почувствовал себя немного спокойней.
Нээн, если верить рассказам солдат, принимала посильное участие в защите павильона. Она на полную катушку использовала свои уникальные способности, стравливая зверей друг с другом и заставляя их нападать не на людей, а на себе подобных.
Кто-то бы сказал, что в этом нет чести.
