"
"Теперь же у армии имелась своя библиотека. Пусть и добытая в бою с сектой, но в неё Хаджар мог впускать людей по собственному усмотрению. И делал он это с немалым размахом, стараясь поднять средний уровень бойцов перед сражением с основными силами Черных Врат.
– Хаджар, – прозвучал холодный, но в то же время – мягкий голос.
Расправившийся и раздевшийся по пояс генерал обернулся. Около его шатра стояла черноволосая красавица. Мало кто мог пройти рядом с ней, чтобы не обернуться и, порой, даже не споткнуться. Хаджара это нисколько не нервировало и не задевало – пускай смотрят.
– Нээн, – поприветствовал ведьму Хаджар.
Та была словно кошка.
Приходила, когда хотела и уходила точно так же. Порой сутками могла пропадать в библиотеке или теми же часами жарко спорить с Серой.
Две ведьмы, что не удивительно, общего языка найти не смогли и в отличии от “своих” мужчин, на дух друг друга не переносили. Их неприязнь доходила даже до того, что если в поле зрения попадалась одна из них, то другая тут же уходила в другую сторону.
– Надо поговорить, – и Нээн, как ни в чем не бывало, пригласила генерала в его же собственный шатер.
Хаджар такому поведению только улыбнулся, вспоминая из разговор двух месячной давности.
Генерала занесли в его шатер и уложили на кровать. Тут же примчался лекарь “медвежьего отряда”. Растолкав столпившихся вокруг постели генерала солдат и командиров, он влил в глотку Хаджара пахучий и мерзкий отвар. Тело Хаджара будто молния пробила. Он изогнулся дугой, зарычал, но пришел в себя, а дрожь унялась и изо рта больше не вырывались прерывистые облачка пара.
Вскоре все ушли, оставив Хаджара наедине с Нээн. Перед уходом Неро успел одобрительно подмигнуть, а Сера смерила свою соратницу по ремеслу надменным взглядом. Можно было сказать, что это оказалась “нелюбовь” с первого взгляда.
Из шкур выбрался белый котенок и, запрыгнув на грудь Хаджару, воинственно зашипел на Нээн.
– Это твоя территория, – кивнула в тот день ведьма. Она не сделала ни единой попытки погладить обычно милу и вечно дрыхнущую Азрею.
– я не стану претендовать.
Котенок еще раз шикнул, фыркнул, умыл мордочку и был таков. Но от чего-то Хаджар чувствовал, что Азрея, вопреки своему обычному поведению, так и не заснула.
– Ты вовремя пришел, – прошептала Нээн, обхватив натруженные пальцы генерала. – он начинал терять терпение.
Хаджар посмотрел в её черные глаза. Одни боги знают, как сильно он хотел утонуть в них. Как яростно он желал обмануться ими. Но он не мог.
