На небе светила полная луна. Прекрасная ночь для любви или для медитации. Одевшись и подпоясавшись, генерал вышел из домика.
За прошедшие часы, Гэлион и Лиан так и не вернулись сюда. Либо они не хотели нарушать уединение, либо нашли себе более приятные компании. Последний вариант казался Хаджару наиболее вероятным.
Выйдя на улицу, Хаджар полной грудью вдохнул свежий, морозный воздух. Луна освещала ему путь, но и без неё мрак разгоняли фонари, стоявший по краям улочек в поселке.
Проверив, что в ножнах покоится меч, Хаджар отправился к горе, которой заканчивался этот странный перевал.
Все чаще Хаджару казалось, что место, где стоял поселок, когда-то, очень давно, было руслом реки. И еще более он был уверен в том, что совсем не селяне вырезали в скале лик бога войны.
Отчего-то генерала манило к нему. Звало и тянуло. Будто бы там он мог отыскать ответы на гложущие его вопросы. Что такое энергия меча? Как ему добраться до неё и не умереть по дороге. Все это обещал ему открыть грозный лик Дергера. Мало похожий на человеческий, он одним своим видом заставлял сердце биться сильнее, а руки тянутся к оружию.
Возможно, именно поэтому, именно благодаря статуи поселок так и не сдался на милость секте Черных Врат.
Хаджар оставил за спиной дома и главную башню. Он шел по выдолбленной в скале лестнице, взбираясь все выше и выше. Путь ему освещали фонари, сердце звало его вперед, но мысленно он все же иногда возвращался к гостевому домику. К женщине, которую он оставил под шкурами.
Генерал не мог отрицать того, что Нээн манила его сильнее, нежели любая из прошлых женщин.
И пусть ведьма стала второй, кого он знал настолько близко, но все же… Что-то было в ведьме. Что-то такое, что как огонь мотылька притягивала обычно едва ли не равнодушного к плоти Хаджара.
Мысли о ведьме, о её изгибах, формах и, что даже желанее – характере и нраве, прервал чужой голос.
– Хорошая ночь, генерал.
Хаджар резко обернулся, обнажая клинок. Мало кто мог подобраться к нему незамеченным. И еще меньше, кто мог повторить такой же трюк с нейросетью.
Но этот человек справился с задачей на “отлично”.
В нескольких метрах от Хаджара на вершине фонаря находился практикующий. Он опустился на корточки, напоминая собой готовую к прыжку кошку.
В правой руке, отведенной за спину, он держал длинный, узкий меч, больше напоминавший иглу какого-нибудь великана. Левой он сжимал рукоять кинжала, напоминающего звериный клык.
Во всем черном, с лицом, наполовину скрытым капюшоном, он почти не носил брони.
