Но, дабы вновь не проситься переночевать в шатре Хаджара, не стал повторять этого вслух.
Вообще, они с Серой обычно ладили, а та не так уж и часто показывала свой горячий характер. Особенно это было заметно вечерами. Тогда Хаджару, дабы не слушать бесконечные стоны, приходилось идти на плац.
Нет, он был не против лишний раз потренироваться. Да и вообще, “лишних” тренировок, по его мнению, не существовало. Но иногда хотелось все же выспаться, а не поглощать с утра варево Лекаря, заменяя им здоровый, крепкий сон.
В развитии, восстановление после занятий было так же важно, как и сами занятия.
– Нам нужен план, – кивнул Хаджар, выползая из кустов.
– Наконец-то ты до этого догадался, – съязвила Сера, но больше за этот день она не демонстрировала свои умения “плеваться ядом”."
"Кому-то может показаться, что Сера была стервой, но на самом деле она просто не очень умела показывать свои чувства. И каждый раз, когда она выкидывала подобный фортель, Неро и Хаджар понимали – леди волнуется. За них обоих. Да, за Неро, скорее всего, в большей степени, но и Хаджару она оставалась хорошим другом.
Пока они возвращались в лагерь, Хаджар вспоминал историю заклинательницы.
Она всегда его интересовала, потому как кроме жизни в Лидусе, он ничего и не видел. А оказывалось, за долинами и реками, существовал целый мир.
Не только на карте, но и в жизнях людей.
Сера жила в городе, выстроенном в большом оазисе. Им правил мудрый, старый шах Аль-Бадин. Он приветствовал в своем городе всех ученых, любые секты и кланы.
Он строил золотые улицы для простых горожан, он оплачивал обучение многим талантливым юношам и девушкам.
Нет, он не был святым. Он был старым, дряхлым и умирающим. Он ничем не выделялся. Не был умен, не был добродушен, не был красив. Чем бы запомнила его история? Кто бы пел про него песни тысячи тысяч лет спустя? Вот он и хотел оставить после себя достойное наследие.
Сера жила в семье простых лавочников. Они торговали шелковыми нитями. Ну, как торговали. Покупали за десять серебряных в “песчаном порту” – месте, куда приходили караваны.
Продавали за пятнадцать, а на вырученные деньги жили. Не бедно, но и не богато.
Что-то вроде средневекового среднего класса.
Вскоре Сера начала демонстрировать свои таланты. К шести годам она умела писать и читать… на пяти языках. Она могла считать формулы, по которым её отец, забавы ради, вычислял движение звезд. Помогала матери вести некое подобие бухгалтерских книг.
Такой талант не остался без внимания.
