Сектант ехал к ним на спине голого, обожженного, покрытого шрамами человека. Лица его видно не была – скрывала серая тряпка с выведенными на ней красными рунами.
– Я его прикончу! – Лергон уже замахнулся мечом.
– Уведите офицера, – Хаджар перехватил меч Балиумца и одним движением вернул его обратно в ножны. – Уведите! Немедленно!
Солдаты подхватили Лергона за руки и потащили в лагерь. А тот все кричал:
– Я убью тебя! Убью!
Хаджар вновь повернулся к сектанту. Боги и демоны ему в душу, если этот некто не улыбнулся.
И не так была страшна эта улыбка, если бы хаджар не различил не ровный ряд зубов, а заточенные до бритвенной остроты акульи клыки. Такими можно легко вырвать глотку из шеи человека или откусить кусок плоти.
Собственно, на теле человека, служащего вместо осла, действительно виднелись подобные шрамы.
Хаджар сначала думал, что это следы от укусов зверей, но теперь понимал, что нет… От людей.
– Здравствуй, прославленный генерал, – приветствовал его сектант.
Как и положено, он вытянул вперед правый кулак и приставил к нему раскрытую ладонь.
Скрипя сердцем, Хаджар ответил тем же. Банальные правила приличия еще никто не отменял. А они, в свою очередь, не различали врагов и союзников и в равной степени относились ко всем.
– Поговорим? – голос у сектанта был пропитан чем-то вязким и темным.
– Поговорим, – кивнул Хаджар.
Глава 104
Солдаты поставили перед севшими на траву Хаджаром и сектантом низкий столик и укрыли его белой скатертью. Тут же водрузили глиняный кувшин с вином и две широких плошки.
"
"Хаджар, как принимающий “гостя” налил в них терпкий напиток.
Сектант спокойно сидел, а рядом замер его “транспорт”. Человек, уже давно потерявший свой разум, он, наклонившись над землей, словно лошадь щипал траву и слизывал с неё капли росы.
– Вижу, вы не одобряете, – заметил сектант.
От откинул капюшон. Хаджар ожидал увидеть что-нибудь жуткое, но перед ним предстало самое обычное лицо. Встретишь такое где-нибудь в таверне и тут же забудешь. Серые глаза, высокие скулы, низкий лоб.
Ничего особенно. Разве что заточенные зубы, но их сектант умело прятал за губами. Видимо, не в первый раз ему ходить на подобные переговоры.
– Вы используете человека, как лошадь. С чего вдруг мне это одобрять?
– Лошадь? – сектант принял из рук Хаджара чарку с вином и отпил. – Хорошее вино. С южных плантаций Лидуса?
Хаджар молча смотрел на своего визави. Лунный Стебель, как и черная коса, лежали в стороне. Этого требовал все тот же этикет.
