Луж на дороге прибавилось, но дождик стих. Легкий «фольксваген» бодро прорулил по улицам, поднимая на колдобинах фонтаны брызг из-под колес, и вскоре я обнял Николая Барабанова и Мишу Владимирского на аэродроме. К моему удивлению, с ними прилетел еще и Гонтарь. Летчик, привезший их, остался с самолетом, а всех остальных я повез в мотель, где они обычно и останавливались.
В ресторане, когда мы уселись за стол, Барабанов придал выражению своего лица как бы даже некую торжественность и сказал, что есть решение представить меня к награде за проведенную операцию, конкретно – к медали «За боевые заслуги» ее новоземельной разновидности.
Я ответил благодарственной уставной фразой, а затем поинтересовался: что делается теперь на Диких островах?
Барабанов рассказал, что операцию завершили быстро, сейчас кубинцы уже начинают там обживаться, а Русский промышленный банк предоставил им кредит на развитие. Атака была проведена быстро, и в течение суток все серьезное сопротивление со стороны прежних обитателей было подавлено.
Заодно захватили почти полтора десятка небольших судов и с десяток легких катеров, которые разделили между РА и кубинцами. Самолет, на котором они прилетели, тоже был трофейным – с одного из островов, где сумели в распадке между двумя холмистыми хребтами поместить взлетно-посадочную полосу и спрятать несколько самолетов. Их тоже поделили пополам, и теперь два из них выделили непосредственно Разведуправлению.
По поводу общей картины атаки на остров они сказали, что ничего сверхъестественного не происходило. На «воротном» терминале никто не оказал сопротивления, и десант мгновенно захватил и четверых техников с техдокументацией, и все комплекты «ворот» с маяками. Мобилизовав местный технический персонал, их загрузили в транспортные вертолеты, которые тут же ушли к аэродрому, а за ними и все остальные.
К тому времени там уже вовсю работали заправщики, которые и взялись заполнять их баки."
"Два «двадцать четвертых» проверили поверхность моря по маршруту отхода и выпустили две ПКР по одному из патрульных катеров. Одну крылатую ракету ему удалось сбить из кормовой артиллерийской установки, но вторая повредила его столь тяжело, что если бы не близость берега, то он бы затонул. А так ему удалось выброситься на прибрежную отмель.