Стояло там, на берегу, маленькое здание морского вокзала, у пирса болтался один небольшой пароходик не слишком пассажирского вида. Зато в грузовой гавани, которую хорошо было видно с пирса, стояли под погрузкой два относительно крупных судна. Ну так себе крупных, конечно, по сравнению.
Мне вспомнилось, что для протаскивания через «ворота» железнодорожный вагон – практически предельный размер. Значит, суда уже местной постройки. Я в морском транспорте не специалист, но выглядели они вполне нормально.
Пусть и не супертанкеры, но и не совсем калоши. Одно судно было под британским флагом, второе – под синим, с желтыми звездами по кругу – ЕС, значит. Возле британского судна крутилось несколько военных в ярко-красных беретах. Работал портовый кран, перетаскивая на борт какие-то платформы со штабелями мешков.
Вдалеке, на рейде, болтался маленький военный корабль, что-то вроде сторожевика. Сине-серый «американский» цвет, орденский флаг – черная пирамида в круге на белом поле.
Ракетного вооружения на нем я не разглядел, но артиллерийское присутствовало. Одноствольная орудийная башня на баке, калибром, судя по всему, миллиметров сто – сто двадцать, и двуствольный автомат на корме.
Между пассажирской и грузовой территорией порта был маленький бар «Slow boat». Подход к нему с пассажирской территории был свободен, а с грузовой надо было идти через калитку в сетчатом заборе, возле которой, под навесом, маялся часовой. Стен как таковых у бара не было – их заменяли бортики высотой с барную стойку, и было видно, что внутри довольно людно.
Я уже нагулялся по жаре, поэтому мысль освежиться чем-нибудь эдаким мне не показалась крамольной.
Интерьер бара был выдержан в тропическом стиле, с плетеной мебелью и тростниковым потолком. У стойки пили эль двое военных в камуфляже непривычной расцветки, с красными беретами, сложенными и заткнутыми под погон. Там же пили пиво пятеро матросов, говоривших по-французски. Видать – с «европейца».
Еще несколько матросов занимали два столика и говорили с выраженным британским акцентом – его ни с чем не спутаешь. А вот за баром находились китайцы, двое. Лет по тридцать, наверное, хотя европейцу сразу понять трудно – может, и ошибаюсь, – крепкие, мускулистые.
Подошел к стойке, облокотился.
– Что могу сделать для вас? – спросил один из барменов.
Точно китаец, акцент такой, что как на лбу написано.
– Пинту лагера, пожалуйста, – попросил я.