До жителей герцогства доходило, что они выжили и потери им компенсируют, а это отличный повод радоваться.
Серый зал перед спуском в подземелье охраняли гвардейцы, военные и офицеры ИСБ. Все они склонились перед Элоранарром, и многие искренне трепетали перед его силой и властью, этот трепет отозвался в моём сердце, разгорячил и мою кровь, пробежался иголочками вдоль позвоночника.
Красномундирные гвардейцы потянули створки двери, открывая высеченный в белом камне проход. Спуск тоже ярко освещался магическими сферами, снизу повеяло холодом, тревогой и злостью.
Элоранарр первым ступил на лестничную площадку, начал спускаться, я – за ним, последним шёл Дарион, а наши сопровождающие остались у двери.
– Демонокота пускать? – спросил кто-то из охранников.
Я оглянулась: демонокот следовал за Дарионом так уверенно, словно тоже входил в нашу группу.
– Да, конечно, – отозвался черноглазый монстр.
Он ещё и говорящий! Герцог с ума сошёл такую тварь заводить?
– Задержать! – рявкнули мы с Дарионом одновременно, но демонокот рванул вперёд, проскочил между ног Дариона, увильнул от моей руки – и врезался в поставленный Элоранарром щит.
Пытавшиеся его схватить охранники лишь столпились, мешая друг другу.
– Пригнитесь, – велел Элоранарр.
Мы с Дарионом наклонились, и порыв ветра метнул демонокота к противоположному выходу из зала, подвесил в воздухе. Зверь молотил лапами, фыркал:
– Ящерицы! Ящерицы злобные! Я просто посмотреть! А вы! Ш-ш!
И гвардейцы, и военные, и офицеры ИСБ переглядывались и пытались незаметно отступить: никому не хотелось связываться с опасным чудовищем.
От стены отделилось несколько пластов камней, сформировались вокруг кота в ящик с несколькими дырочками для дыхания, и ящик опустился на пол.
– Верните это герцогу, пусть запрёт до нашего ухода. – Элоранарр развернулся на каблуках и продолжил спуск по лестнице с идеально ровными матовыми ступеньками.
Мы уходили в белое подземелье под фырканье и ругать демонокота, очень недовольного тем, что его назвали «это» и заперли.
Надо быть настоящим извращенцем, чтобы завести себе такую проблему.
Наконец гвардейцы сообразили закрыть двери, и мы оказались в тишине. Каждый из нас ступал бесшумно, блеклые тени скользили по белым стенам. Я ощущала за спиной Дариона, он шёл очень близко, и, полагаю, ему было весьма интересно, как я оказалась здесь, почему была ранена. Меня наверняка ожидает выговор за то, что рисковала своей жизнью.
Лестница спускалась по спирали вглубь Белой скалы.
