– Прошу прощения… но Виктор Алексеевич, правда, занят.
– Ничего, мы не помешаем, – Денис приобнимает меня за талию и подталкивает вперед.
Делать нечего.
Да и деваться некуда. Особенно когда перед самым носом, лишь для проформы стукнув один раз о косяк, распахивают дверь и…
– Сюрприз!
Пи@дец!
Произносим мы с Гориным вместе.
Он вслух. Я молча.
А все потому, что над сидящим в начальственном кресле Арским нависает Оленька. Хорошо нависает, чуть ли ему ни под самый нос свои прелести, вываливающиеся из низкого декольте платья в облипку, подсовывая.
Правда, к чести мужа, тот это безобразие не видит – сдвинув брови, внимательно читает какой-то документ.
Но на приветствие реагирует моментально. Вскидывает взгляд и...
Как там говорят: тону в его глазах?
Ой, тону! Да еще как тону, но молча, не подавая признаком потопления.
А после на Марковой фокусируюсь. Брюнетка резко оборачивается, замечает меня, хищно улыбается и на пару сантиметров прижимается к моему мужу ближе.
Ссучка крашеная!
По телу пробегает горячая дрожь отвращения.
Качаюсь вперед-назад. Пальцы сводит судорогой.
Хочется…
Нет, не убежать.
Проредить идеальную шевелюру принцесски-мерзавки, чтобы держалась подальше от занятого мужчины.
Моего мужчины.
Сжимаю кулаки, в момент забывая, что я – девочка хрупкая и нежная, прищуриваюсь, но…
– Привет, родная, я по тебе пи@дец как скучал, – не отрывая от меня взгляда, Виктор сдвигает Маркову в сторону и целенаправленно начинает надвигаться.
И всё.
Тоннель.
Я на одном конце, он на другом.
И больше никого вокруг. А расстояние сокращается рывкам.
Шаг – рывок.
Шаг – рывок.
Шаг.
Вместе.
– Привет, – успеваю пискнуть, прежде чем мой рот затыкают поцелуем. Требовательно-наглым и бессовестно-напористым.
Сладким. М-м-мм.
Вот он рай.
– Ты поэтому посреди планерки встал и, не сказав ни слова, сбежал? – оторвавшись от моих губ, хмыкает Виктор, обращаясь к Денису.
В отличие от моего сбитого дыхания, он чувствует себя просто прекрасно. И не скрывает этого, сияя широкой улыбкой. Но меня больше радую руки мужа, которые не позволяют отстраниться и лишь теснее прижимают к горячему телу.
Еще и узоры замысловатые на пояснице выводят.
– Решили устроить сюрприз, партизаны? – макушку опаляет горячее дыхание.
– Ну ты же рад? – ухмыляется Горин и мне подмигивает.
Вот же заговорщик фигов.
Хотя с таким точно можно ходить в разведку. Он своих не сдает.
– Я рад? – Витя приподнимает бровь. – Да нет, я счастлив. Это лучший сюрприз, какой мне могла сделать жена.
