Где-то Арский просто слушает, где-то подкидывает для размышления интересные вопросы, которые упустила, и помогает осмыслить некоторые не совсем логичные поступки Игнатова-младшего, где-то журит, запрещая рисковать, где-то хвалит и даже смеется, называя неподражаемой язвой.
А после делится своими новостями.
Оказывается, мои слова о предателе он не пропустил мимо ушей, а воспринял серьезно. Это позволило сократить круг поисков крысы в «Балтстройинвест» практически втрое, оставив в числе подозреваемых всего двух человек.
Чтобы дожать гада, в ближайшую неделю состоится провокация. Жесткая. С привлечением специальных структур. И основанием послужит подписание того самого договора, который велел мне лоббировать Иван.
– Поэтому послезавтра ты исчезнешь из города.
Мне кажется, будто я парю в открытом небе, настолько переполняют мою душу эмоции радости, нужности, нежности и… любви. Но последние слова об отъезде резко приземляют…
– Зачем? Я не хочу.
Упираюсь ладонями в гранитную грудь и привстаю, чтобы заглянуть Виктору в глаза.
– Вера Владимировна, а может, ну его нафиг, перекрасишься опять в блондинку? – произносит Арский совершенно не то, что я от него ожидаю, заставляя нахмуриться. – Ну смотри, у тебя же семь пятниц на неделе. Сама собиралась лететь к родителям уже завтра, а как я поддержал, так мигом переобулась.
– Но тут же все иначе. И я…
– Тс-с-ссс, – касается моих губ пальцем, – так надо. Просто поверь. Сейчас такой шорох начнется, что тебе лучше быть подальше.
Игнатовым не просто административка грозит, тут уголовное дело вырисовывается с опечатыванием фирмы и приостановкой деятельности. И я не хочу, чтобы ты даже случайно попала под раздачу. Поэтому вместе с мамой полетишь на три недельки отдохнуть заграницу.
– Но…
– Билеты я оплачу, как и пребывание там. Это не обсуждается. Ирине Николаевне всё объясним вместе. Уверен, у такой хорошей девочки как ты, мама тоже неглупая. Она быстро поймет и поддержит зятя.
Я – не попугай, но…
– Зя-тя?
– Угу, – совершенно спокойно кивает Витя, глядя в мои распахнутые до невозможности глаза. – Сегодня ты выходишь замуж.
– Шутишь?
Мелко киваю, кривя губы в улыбке.
Но сомнения вдоль позвоночника крадутся.
– Нет, не шучу. В семь вечера нас ждут на… – тянется к планшету, ведет пальцем по строчкам и зачитывает, – Английской набережной, двадцать восемь. У тебя же есть паспорт?
– Витя!
Хлопаю ладонью ему по груди.
