Допустим, что киллер прослушивает мои телефонные разговоры. Если это делает кто-то другой, то почему бы этого не делать и ему? Далее, допустим, что киллер тоже нервничает, потому что два раза у него сорвалось. И ему нужно же выполнить задание, а то потеряет доверие. Пока я не буду ломать голову, кто дал ему это задание. Кому понадобилось устранять меня – совершенно обычную молодую женщину?
Я вспомнила место на углу Вознесенского и Садовой, где сидела сегодня в скверике. Напротив дом с башенкой, откуда скверик и все находящиеся в нем как на ладони.
Значит, надо заманить туда киллера, то есть в башенку. У меня созрел грандиозный план. О том, что он совершенно бредовый, я старалась не думать. Если они со мной так, то и я с ними так же. Играть так играть! И проигравшему – смерть.
Однако для выполнения моего плана нужно было заполучить ненаглядного. Ужасно не хотелось снова налаживать с ним отношения, но раз надо – значит, надо!"
"Я притащила в комнату телефонный аппарат и набрала номер.
Жаль, что мобильника у него сейчас нет – пропал где-то у бандитов. Было поздно, и трубку взяла его сестра. Узнав меня, она очень приветливо сообщила, что Герочка чувствует себя неплохо, ел три раза в день с большим аппетитом, а также два раза принимал душ. В остальное время он спал или просто лежал на диване и даже телевизор не смотрел, чтобы не расстраиваться. С работы он отпросился на три дня – здоровье нужно поправить. У него побаливает синяк на животе, но в целом никаких особенных отклонений она не заметила.
– А как бы ему трубочку передать? – спросила я, терпеливо прослушав бюллетень о здоровье ненаглядного.
– О, это трудно, он уже спать лег. Но я его разбужу! – сообщила она с радостной готовностью.
– Уж будь так добра, хоть пинками, но разбуди, он мне очень нужен!
Послышались шум, возня, какие-то звуки, и наконец, когда я уже прокляла все на свете, сидя у телефона, в трубке раздался сонный голос ненаглядного.
– Здравствуй, дорогой! – пропела я как могла нежно.
– Как ты себя чувствуешь?
– Это ты, – недовольно засопел он, – что так поздно? И вообще, что за срочность?
– Я, дорогой, очень соскучилась, – протянула я, – сегодня захотела тебя услышать, а завтра хочу обязательно увидеть.
Ненаглядный задумался на мгновение, а потом пробурчал что-то нечленораздельное, но я поняла, что он не хочет меня слышать, видеть и вообще хочет скорее забыть, что мы с ним были знакомы.
