И набрать денег на карусель казалось ему таким счастьем, таким блаженством! Как изменились у него с тех пор представления о счастье! Да полно, тот ли это человек? Как мало связывает Петра Степановича Вахромеева, влиятельного могущественного чиновника, одного из отцов города, с тем сопливым вечно простуженным владимирским мальчишкой!
Вахромеев шел среди аттракционов, выискивая нужный, тот, где ему была назначена встреча, тот, где он собирался нанести свой последний удар. Наконец он увидел ее – самую простую, старую, как мир, детскую карусель – деревянные лошадки, машины, самолеты, расставленные по кругу, всегда готовые к своему бесконечному путешествию, к погоне, где каждый – и преследователь и преследуемый, где каждый – и первый и последний… Яркая, вульгарная и жизнерадостная раскраска карусели не была видна в темноте, но угадывалась, подразумевалась.
Петр Степанович медленно, тяжело ступая, поднялся по ступенькам на неподвижный деревянный помост. Здесь он затаится и будет ждать шантажистку, здесь он встретит ее.
Он не верил в ее басни о спрятанных в надежном месте показаниях – эту сказку рассказывают все шантажисты, чтобы обеспечить свою безопасность, а на самом деле – редко удается найти по-настоящему надежную страховку. Да если она и сумела надежно припрятать какие-то показания и после ее смерти они попадут, допустим, в прокуратуру – Вахромееву хватит влияния, чтобы изъять эти документы и притушить любой скандал… Конечно, придется делиться деньгами и влиянием, но в сложившейся ситуации это неизбежно.
Вдруг он вздрогнул: на дальнем конце помоста в деревянном игрушечном автомобиле кто-то сидел.
Вахромеев задохнулся, сердце его неистово и тоскливо забилось. В редеющем предрассветном мраке четко вырисовывалась хрупкая женская фигура в куртке с капюшоном. Выходит, эта девка перехитрила его, тоже приехала на место встречи раньше назначенного времени? Но это ей не поможет!
Вахмистр вытащил из кармана тяжелый тупорылый пистолет. Несколько лет назад он на всякий случай велел Палычу купить для него оружие без предыстории, не замешанное ни в каком криминале, нигде не числящееся.
На всякий случай. И вот этот случай наступил.
Холодная тяжесть оружия успокаивала, внушала уверенность в своих силах. Он поднял пистолет, снял с предохранителя, нажал на спусковой крючок… В утренней тишине выстрел прогремел оглушительно, отдача сильно качнула Вахромеева, он еле устоял на ногах. Кажется, он промахнулся – во всяком случае, фигура в машине не шелохнулась.
