Появление русских «черных призраков» стало для немцев ночным кошмаром. Откуда-то из мрака в сторону зенитных батарей у переправ рванулись огненные кометы эрэсов. Полыхнули первые разрывы, на мгновение высветившие муравьиную суету солдат у понтонных мостов, силуэты задравших вверх стволы зенитных орудий и переправляемых на восточный берег танков и бронемашин.
Выйдя из ступора, немецкие зенитчики с воплями «Алярм! Алярм! Алярм!» бросились к орудиям и прожекторам. По небу заметались световые лучи, а из стволов «флаков» полетели похожие на огненные теннисные мячики снаряды.
Но советские самолеты обнаружить было очень трудно. Рассчитывая на то, что на переправу совершили налет вражеские скоростные бомбардировщики, операторы прожекторных станций проскакивали мимо плывущих по небу словно ночные облака советских бипланов.
Зато зенитчики и прожектористы обозначили свои позиции, и этим воспользовались летчицы полка – по позициям вражеских зенитчиков ударили десятки эрэсов с термобарическими боеголовками, выпущенные залпом с самолетов групп подавления.
Позиции зенитных батарей и прожектора словно взорвались – их охватило пламя и вспышки взрывов. Прожектора разом погасли, зенитки тоже прекратили огонь. И в этот самый момент на переправы заходила новая волна самолетов, чьей целью были сами переправы и скопившиеся перед ними войска.
Когда рванули первые емкости с напалмом и от взрывов фугасных бомб в воздух взлетели обломки понтонов, только тогда немцы поняли, что все, что произошло до этого, было лишь цветочками.
Немецкие солдаты врассыпную бросились от переправ, но было уже поздно. От внезапно вспыхнувшего багрового адского пламени стало светло как днем. Переправа стала похожа на вулкан с бурлящей в нем лавой. Стали видны бесшумно скользящие над переправами темные силуэты, с крыльев которых срывались темные точки и падали, разрываясь огненными клубками, продолжающими гореть даже в воде.
"
"Вот вспыхнула стоящая на одном из понтонных мостов «тройка». Другая, из-за торопливых действий механика-водителя, проломила ограждение и камнем ушла на дно Буга. Вот загорелся еще один танк, и еще, и еще… Липкий огненный студень разлетался комками во все стороны. Каждый такой комок, попав на броню, прожигал ее насквозь. Еще хуже приходилось немецким солдатам, не имевшим защиты и потому сгоравшим заживо.