Вообще-то я даже рад такому положению вещей, слава богу, никто не мешает самостоятельно заниматься поисками убийцы девушки, но вот то, что до зарезу нужный свидетель испарился невесть куда, мне не по душе.
Бац! Дверь с треском распахнулась, на пороге появилась дама в широком халате, на голове у нее громоздилась чалма из полотенца.
– Сколько можно трезвонить! – рявкнула она. – Воду через час обещали отключить! Я помыться пошла.
– Простите! – воскликнул я. – Вообще-то мне нужен Петр Победоносцев.
Женщина отступила на пару шагов в глубь темнеющего за ее спиной коридора.
– Петька?
– Да, он дома?
– Нет.
– Значит, на даче, так я и думал. Может, адресок подскажете? – вздохнул я.
– А вы кто такой? – настороженно поинтересовалась женщина, придерживая одной рукой сползающий тюрбан из махры.
Я достал удостоверение сотрудника «Ниро».
– Иван Павлович Подушкин.
– Милиция, – протянула тетка, – и зачем? Петька никому ничего плохого не сделал. Если Надька с Римкой ерунду отчебучили, то отец не виноват.
Да и не живут они тут, только числятся в домовой книге.
– Вы знаете сестер Победоносцевых! – обрадовался я. – Можете рассказать о них?
– Да уж, – усмехнулась женщина, – входите. Я Валя, вернее, Валентина Сергеевна Алеутова, но лучше без отчества, как-то мне привычней.
Я вдвинулся внутрь хором.
– Пошли на кухню, – велела Валя, – там можно спокойно поговорить. Петька в свое время кондиционер установил, не так жарко. Вот ведь ума у человека гора, трудолюбия немерено, только о работе и думал, а жизнь не удалась.
Зря считают, что талант плюс усердие вас обогатят и прославят. Петьку это до психушки довело, себе жизнь сломал, жене-покойнице, да и девкам тоже досталось.
– Извините, не могли бы вы изложить историю последовательно, – попросил я, – сначала скажите, где Петр?
– А в психушке, – ответила Валя, – в Подмосковье. Не стать ему, похоже, нормальным. Ладно, слушайте.
Глава 20"
"Валя и не помнила, когда впервые увидела Петю.
Ничего странного в этом нет, дети с младенчества жили в одной квартире. Валины предки очень давно, еще в двадцатые годы прошлого века получили тут три комнаты. Алеутовы были, как тогда говорили, пролетарского происхождения, приехали в Москву из города Шуя и стали работать на ткацкой фабрике. За короткий срок семья разрослась, появилось восемь детей, ну и пошло, поехало. На момент рождения на свет Вали в их комнатах проживало аж четырнадцать человек.
