– К чему я это, господа? – Блеклый медленно и обстоятельно перетасовал колоду. – К тому, что я – беспредельщик. Я – неадекват, если хотите. А неадекваты опасны вдвойне из-за своей непредсказуемости… Когда я решил наладить в Москве свой бизнес, я твердо знал одно: если понадобится, насру на голову любому, кто встанет на моем пути. И это как минимум, если вы понимаете, о чем я.
– Понимаем, – еще раз откашлялся Цветик-Семицветик. – И чего ты хочешь, Блеклый?
– Я хочу заправлять всем. – Блеклый несколько раз провернул колоду вокруг оси и привычно разложил ее веером.
– Не больше, но и не меньше. Метамфетамин потеснит с рынка Москвы все остальные наркотики. И мы с вами будем работать по этой схеме как единый организм. Вот чего я хочу!
– То есть нам лечь под тебя? – вскинулся Богдан. – Так получается?
– Именно так.
– А с какой радости?
– Во-первых, это выгодно. А во‑вторых… я так решил. Аргумент более чем весомый, как мне кажется.
– А вот мне не кажется. – Глаза Богдана сузились. В этот момент он был похож на хищную кошку перед смертоносным броском.
– Я никогда не работал ни на кого, кроме себя, и не собираюсь этого делать.
Руки Блеклого вместе с карточной колодой повисли в воздухе. Он выдержал очередную паузу, после которой проговорил:
– Это твое право, Богдан. Каждый человек свободен в своем выборе.
– Отлично! – поднялся с кресла кавказец. – И я делаю выбор не в твою пользу, Блеклый. Хочешь наложить мне кучу на голову – милости просим! Но мы это тоже умеем. Не хуже твоего. Так что…
Он не закончил начатой фразы, замолчал, демонстративно плюнул себе под ноги и направился к выходу из кабинки.
Тяжелая портьера качнулась, выпуская Богдана наружу. Четверо авторитетов проводили его взглядом. Короткие узловатые пальцы с обломанными ногтями, освещенные настольной лампой, мягко положили колоду. В правой руке Блеклого появился мобильник.
– Это я. – В голосе метамфетаминового короля не было никаких эмоций. – У меня новый заказ. Богдан и его ближайшее окружение. Да… Полная ликвидация. К завтрашнему вечеру ни от него, ни от его бизнеса не должно остаться и следа… Хорошо… Буду ждать.
До связи. – Мобильник лег рядом с карточной колодой, а Блеклый обвел всех присутствующих пристальным взглядом: – Есть еще кто-то, кто не готов к сотрудничеству?
Пару минут оставшаяся четверка наркобаронов столицы хранила глубокомысленное молчание. Гремлин оставил в покое свое ухо и устало откинулся на спинку кресла.
– Мне, может быть, осталось жить два понедельника, – сказал он.
