– Просто у нас тут что ни день, то столкновения. Вот пятого дня меня чуть с ног не сбили. Только не здесь, а у подъезда.
– Тоже не заметил? – улыбнулся в ответ Гуров.
– Конечно, не заметил. Летел как на пожар. Лица-то я не разглядела, темень стояла. Это ведь почти в три часа ночи дело было, а фонарь у нас возле подъезда через раз горит.
– Не стоит так поздно одной ходить, – посоветовал Гуров, отдав пакеты: – Всего хорошего, и еще раз простите.
– Да пустяки. Вам спасибо, что помогли.
Женщина зашла в лифт, Гуров вышел из подъезда, сел в машину и покатил прямиком в отдел.
По его подсчетам, полковник Крячко уже должен был вернуться в Москву. Позвонит ему, если тот не особо устал с дороги, попросит заскочить в отдел. А нет, так сам к нему подъедет. Гурову просто необходим был собеседник, с которым можно обсудить новые факты, всплывшие в ходе расследования.
Глава 8
Вернувшись в отдел, Лев был приятно удивлен. Полковник Крячко ждал его в кабинете. Широкая улыбка, расплывшаяся по его лицу, автоматически подняла настроение Гурову.
– Здорово, бродяга! – сгреб он Крячко в объятия. – Где тебя черти носили так долго?
– Ты что, Гуров, белены объелся или сыворотку вселенской любви получил? – Крячко был ошарашен. Не так часто Гуров выражал свои эмоции, тем более если учесть, что Стаса не было меньше суток. – Ты прекрасно знаешь, где я был. Я отрабатывал версию ритуального убийства.
– И как успехи? – не обращая внимания на его удивление, весело спросил Гуров.
– Нестабильные, – ответил Крячко. – Новосибирский убийца к нашему делу никакого отношения не имеет, это факт непреложный. Есть возможность расширить поиски и попытаться идентифицировать вдохновителя гражданина Котикова, некоего Философа, но лично я считаю эту версию пустой тратой времени.
– Правильно считаешь, друг мой Крячко, – занимая свое привычное место, заявил Гуров. – Пока ты прохлаждался в Новосибирске, твой друг и напарник не терял времени даром и нарыл такие факты, что от версии журналистов и генерала Орлова камня на камне не осталось.
Можешь забыть и о сектантах, и о сатанистах, и о каких бы то ни было ритуалах.
– Да неужели? А пораньше ты мне это сообщить не мог? Например, до того, как я вынужден был возиться с обовшивевшими и провонявшими собственной мочой бомжами в доме гражданки Семенихи, – саркастически изрек Станислав.
– И ты делал такие вещи? – притворно ужаснулся Гуров."
"– Делал и похуже.
