Автомобиль резко рванул вперед, затем ударил по тормозам и «подпер» машину Даниила сзади. Дверцы впереди стоящего «Опеля» распахнулись, и на асфальт шагнули трое вооруженных оперативников. Одним из них был сам полковник Гуров.
– Ты сдал меня, гнида! – взвизгнул Даниил. – Сучонок паршивый!
Он в отчаянии рванул из кармана шестизарядную «беретту» и вполоборота развернулся на сиденье. Поликарпов мгновенно спустил курок. Правый бок Даниила обожгло огнем. Он вскрикнул от боли и наугад выстрелил в полумрак салона позади себя.
Со звоном разлетелось заднее обзорное стекло.
– Выйти из машины! – раздался грозный окрик Гурова.
– Я «замочу» тебя, тварь! – Перед глазами раненого наркодилера поплыли радужные круги, но он не оставил попытки достать Поликарпова вторым выстрелом.
«Беретта» снова натужно кашлянула. Пуля просвистела в опасной близости от плеча майора и вонзилась в дорогую кожаную обивку сиденья. Ответить Поликарпову было нечем. Патронов в его пистолете больше не было. Он распахнул дверцу автомобиля и буквально вывалился наружу одновременно с третьим выстрелом, произведенным Даниилом, проехавшись щекой по грязному асфальту…
Гуров выстрелил, разнеся на мелкие осколки лобовое стекло.
Один из осколков чиркнул Даниила по пальцам. На резиновый коврик под сиденьем закапала кровь. Бок жгло, как от прикосновения к нему раскаленной кочерги.
– Бросить оружие и выйти из машины! – повторил свой приказ полковник.
В ответ Даниил выстрелил. Двое стоявших рядом с Гуровым оперативников тоже открыли огонь.
Пули застучали по корпусу автомобиля, но ни одна из них не зацепила Даниила. Наркодилер нужен был сыщику только живым, и коллеги об этом знали. Из «Фольксвагена» выскочили капитан Алябьев и лейтенант Конев. Распластавшийся на асфальте майор видел приближение их тяжелых армейских сапог. Он хотел было подняться, но Конев припечатал подошвой его голову к асфальту:
– Лежать! Не дергаться!
Алябьев уже был возле машины Даниила. Рванул на себя дверцу и ткнул дуло табельного оружия в висок преступнику.
– Бросай «пушку»! – Взгляд капитана был полон решимости. – Живо!
Даниил попытался было дернуться, но оперативник оказался проворнее. Кулак левой руки врезался в подбородок наркодилера. Радужные круги перед мысленным взором усилились, сознание медленно, но неумолимо уплывало куда-то. Алябьев замахнулся еще раз, но передумал. Силой вырвал «беретту» из рук Даниила, а затем выдернул из салона и его самого. Развернул спиной к себе и уложил лицом на холодный капот.
