Поскольку страну постепенно опутывала сеть железных дорог, один предприимчивый производитель игрушек решил выпустить игрушечную модель. Фредди весь день не выпускал из рук красно-золотой жестяной паровоз.
– Здесь нельзя жить, – объявил он деловито. – Нет уборной.
– Фредерик! – нахмурилась Белла. – О таких вещах не принято говорить в присутствии дам!
Фредди только фыркнул и вернулся к своей железной дороге. Роуз внимательно осмотрела спальни. Он был прав: под кроватью с пологом в самой большой спальне обнаружился ночной горшок, но больше никаких удобств в доме не было.
Она сочувственно похлопала по плечу свою куколку. Еще и ночные горшки чистить.
– Белла будет жутко талантливой волшебницей, как думаешь? – негромко спросила Роуз, смахивая с каминной полки пылинку метелкой размером с палец. Изабелла ушла хвастаться гардеробом своей новой куклы перед мисс Анструдер.
– Ключевое слово – жутко, – проворчал Фредди. – Ее мама тоже была волшебницей, кстати. Творила невероятные вещи, мне отец рассказывал. Она могла кого угодно подчинить своей воле.
И Белла наверняка будет такая же. Я подумываю бросить учиться магии – лучше вернусь и буду жить дома.
Роуз кивнула. Белла обладала огромной властью над домом и без всякой магии – ну, или почти без нее.
– Давай попробуем сделать заклинание? – предложила девочка и взяла из гостиной домика фарфоровый горшок с шелковым папоротником. – Как сказал Гус? Не знаю, стоит ли оживлять кукол. Это как-то… неправильно. Но вот растение. С ним же ничего плохого не случится?
Фредди угрюмо посмотрел на папоротник и вздохнул:
– Наверное, нет.
Ну ладно. Держи его и думай о цветах.
Он взял ее руки в свои, и Роуз принялась изо всех сил думать о цветах, растущих на солнце. Не жестоко ли обрекать это маленькое растение на жизнь взаперти в деревянном доме?
– Ой! – она открыла глаза и сердито посмотрела на Фредди, который только что ущипнул ее."
"– Так дело не пойдет. Ты слишком мягкосердечная, Роуз. Это всего лишь цветок!
– Он живой! Вдруг ему здесь не понравится, тут же темно!
– Можешь поставить его на подоконник или на крышу, когда солнце светит.
Да хоть на прогулку его выводи, мне все равно! Давай уже сделаем это дурацкое заклинание.
Роуз вздохнула и снова подала ему свои руки. Ей вспомнилась глициния, которая росла на стене дома, – теперь от нее осталось лишь несколько сероватых веток, мерзнущих на морозе. Один раз они с Фредди спустились по ней из окна, чтобы незаметно выбраться из дома и сбегать в старый приют Роуз.
