Разумеется, только экономка мисс Бриджес пила чай из расписанного цветами фарфора, но у этой чашки по краю шла тонкая синяя полоска. Девочка пила чай осторожно – вдруг в него подмешано что-то гадкое? Хотя вряд ли: миссис Джонс терпеть не могла зря переводить еду, а чай – штука ужасно дорогая.
Роуз робко улыбнулась кухарке и прошептала:
– Очень вкусный чай.
Билл причмокнул:
– Крепкий, даже ложка стоит.
Миссис Джонс милостиво кивнула, приняв похвалу как должное.
– Не переношу эту водичку, которую пьет хозяин, – согласилась она, задумчиво помешала свой чай, а затем подняла глаза на Роуз.
– Их Милостивые Величества пьют чай?
– Я не видела короля и королеву за чаем, но принцесса Джейн пила чай за завтраком и после обеда. А принцесса Шарлотта пила молоко, иногда с ложечкой чая.
– Милая крошка, – ласково проговорила миссис Джонс, а Сара завороженно глядела на младшую горничную.
Роуз улыбнулась себе под нос. Миссис Джонс души не чаяла в принцессах, но конечно же приближалась к ним ровно настолько, чтобы бросить цветы под колеса их кареты.
Хотя их хозяин, мистер Фаунтин, был Старшим советником по магическим делам Королевской казны и видел короля почти ежедневно, его слуги никогда не приближались ко дворцу. Кухарка любовно посмотрела на картинку, вырезанную из газеты и стоявшую на посудной полке, опираясь на стопку тарелок. На ней была изображена принцесса Джейн, осматривавшая военный корабль. Роуз подумала, что художник сделал принцессу красивее, чем в жизни. Ей ли не знать: ведь она два дня провела под чарами личины, чтобы выглядеть точь-в-точь как Джейн.
А все началось со странной, неестественной зимы несколько недель назад. Снег и лед опустились на город стремительно и неумолимо. Дни становились темнее и холоднее, и по улицам поползли страшные слухи о ледяных заклятиях и опасном колдовстве. Злые перешептывания преследовали лондонских волшебников, куда бы они ни пошли.
Тем временем из Талиса прибыла делегация для обсуждения мирного договора. Война закончилась восемь лет назад после крупного морского сражения.
Тогда храбрый капитан одного из британских кораблей произнес пылкую патриотическую речь, по случаю рождения новой принцессы, и поднял боевой дух моряков этой речью и дополнительной порцией рома. Но победа далась королевским войскам нелегко, и никакого триумфального вторжения в Талис за ней не последовало. Великая империя по ту сторону узенького пролива просто отвернулась от Британии и принялась захватывать кусочки Италии.
