"
"Илья хмуро посмотрел на себя в зеркало, сокрушаясь относительно странных мыслей, крутившихся в голове, и шумно выдохнул. Смиряя раздражение, задавался вопросом, почему именно он оказался втянутым во всю эту историю. Проклятый, что ли. Затем достал смартфон и в сотый раз пролистал отчет, присланный Стасом, пытаясь зацепиться хоть за что-нибудь, чтобы отменить встречу, но Марк был чист, как слеза. Это настораживало, но, кроме собственной интуиции, по факту добавить было нечего.
Нахмурившись еще больше, Илья сунул телефон в карман и вышел из комнаты, едва не столкнувшись с Симоной.
Она непроизвольно вскрикнула от неожиданности и отскочила на безопасное расстояние.
Илья с восхищением осмотрел ее с ног до головы, отмечая малейшие детали. Неизменно высокие шпильки на бесконечно длинных ногах. Он машинально представил, как закинет эти ноги себе на плечи, и ощутил ненужный дискомфорт в штанах. Зло стиснув зубы, перевел взгляд выше. Красная ткань платья начиналась от колен и, игриво обволакивая женственные изгибы, поднималась до самой груди, визуально приподнимая ее и делая еще соблазнительнее.
Волнистые пряди волос свободно спадали на обнаженные плечи и придавали образу небрежности, ярко-красные губы манили к поцелуям, а смоки-айс делал взгляд Симоны выразительным и дерзким. Илья нервно сглотнул и, посмотрев ей в глаза, медленно тонул в их синей глубине.
— Что-то не так? — Насмешливый голос вывел его из транса, возвращая с небес на землю.
— Красный. — Он изобразил небрежную ухмылку. — Как оригинально.
Решила поразить ущербного в самое сердце? — съязвил Илья, выстраивая вокруг себя неприступную стену из сарказма.
— Почему бы и нет? — в тон ему ответила она и нервно повела плечами. Чего ожидала? Комплимента? Напрасно, от этого мужчины хорошего не дождаться, а ей сейчас так нужна поддержка. Волнение с каждой минутой все сильнее разрасталось в груди, и скрывать его становилось все сложнее.
— Дешево и пошло, — скривился Илья, продолжая ее цеплять. Зачем ему это, сам не понимал, но слова срывались с языка быстрее, чем он успевал их осмыслить.
— Но ущербный оценит, как яркое приглашение в постель.
— Какой ты, а! — Симона задохнулась от негодования и, резко развернувшись, пошла к двери. Иллюзорное спокойствие трещало по швам. Она и так чувствовала себя очень неуверенно, а теперь еще и он опустил ее ниже плинтуса.
— Зато честный, — крикнул Илья и двинулся следом.
— Какая замечательная черта, — сыронизировала Симона и, надев пальто, взяла клатч.
