Сил, чтобы оттолкнуть ее не осталось, но и принять было непросто.
— Снеж. — Илья стер одинокую слезинку с ее щеки пальцем. — Дело совсем не в семье…
— А в чем?
— Я не хочу быть для тебя обузой, — честно ответил он. Это мучило его и грызло изнутри. — Ты достойна лучшего. Большего, чем тащить на себе жалкого инвалида… — с горечью закончил Илья и отвел глаза в сторону.
— Какой же ты дурак. — Симона пораженно покачала головой, не веря в свое счастье. — Мне никто не нужен, кроме тебя. Любого тебя. Никто не заменит мне твоих глаз, губ, рук… Ни с кем больше я не смогу быть так счастлива, как с тобой… Не прогоняй меня, пожалуйста.
Она взяла его руку, приложила к своей щеке и, потеревшись, как кошка, прижалась к ладони губами. В голове не укладывались его слова. Она вся извелась, а Илья просто переживал за нее. Как до этого вообще можно было додуматься? Разве она давала повод усомниться в ее чувствах?
Он с замиранием сердца выслушал ее крик души. Отчаянный, непоколебимый. Симона убила его наповал.
Бороться с ней не осталось ресурсов, осталось только сдаться на милость своей королеве.
— Не буду, — прошептал Илья и потянул ее на себя, удобно устраивая на своей груди. Теперь все казалось правильным и логичным. Не знал, что будет дальше и как справится со свалившимися на него трудностями, но понимал, что не может противостоять колдовской магии Симоны. Снежная королева пленила его, лишила воли, подчинила своей безудержной власти. — Люблю тебя, — прошептал ей в висок.
— И я тебя очень люблю.
— Она подняла на него глаза, полные неподдельной нежности и преданности. — И буду сражаться за тебя до конца…
— Успокойся, моя амазонка. Я сдамся без боя, — рассмеялся он и прижался к ее губам своими. — Но ты можешь всегда уйти, я все пойму и держать не буду."
"— Ни за что. — Симона облегченно выдохнула и прикрыла глаза, наслаждаясь своей грандиозной победой. Сомнений не осталось, Илья принял ее, впустил в свое сердце и душу. Они стали единым целым, и теперь так будет всегда.
***
— Папа.
— Дверь палаты распахнулась, и вбежал мальчик. — Наконец-то!
— Ванька. — Илья раскрыл руки, позволяя ему запрыгнуть на кровать.
Симона инстинктивно отстранилась и пересела на стул, с улыбкой наблюдая за встречей отца и сына. Илья крепко обнял его и расплылся в счастливой улыбке. Сразу стало понятно, как они нуждаются друг в друге.
— Сын, — гордо произнес он, глядя Симоне в глаза.
— Я догадалась. — Она улыбнулась в ответ, молчаливо поддерживая его.
