Картинки и известные факты сами собой выстраивались в одну линию, постепенно обрастая все большими связями. Внезапная догадка пронзила его, словно электрический разряд. Заставила вздрогнуть и в ужасе распахнуть веки. Это Юдин изнасиловал Снежку. Именно поэтому она боится его до трясучки.
Возможность ошибки была чудовищно мала, и от этого внутри все покрывалось ледяным наростом ужаса. «Мне нужна женщина которую ты охраняешь». «Хочу жениться». «Все равно заберу ее». Фразы сыпались на Илью, как из рога изобилия, и каждая болезненно впивалась в сердце.
Представлял Снежку в его грязных руках, и глаза наливались кровью, а мышцы становились каменными.
— Мразь, — прорычал Илья сквозь плотно стиснутые зубы и что было сил сжал кулаки. — Убью суку…
***
Услышав звонкий лязг задвижки, Симона резко распахнула глаза и села на кровати. Как ей удалось уснуть и сколько она проспала, не имела ни малейшего понятия, но в комнате было уже светло, а на столе стоял поднос с едой и горячим кофе.
Она нервно растерла плечи и поднялась. Желудок неприятно заурчал, напоминая, что последний прием пищи был больше суток назад. Организму требовалось восполнить запасы энергии, но принимать подачки от похитителя Симона категорически не хотела.
Проигнорировав еду, медленно прошлась по темнице, рассматривая все, что ускользнуло от внимания ночью, и ища хоть какие-то возможности к бегству. В углу под потолком, к большому неудовольствию, обнаружилась камера, а это значило, что за каждым ее шагом пристально следили.
Симона зябко поежилась — теперь ей стало еще более некомфортно и страшно, но надо было как-то взять себя в руки и постараться не расклеиться. Илья, наверное, уже ее ищет и обязательно найдет. Нужно только немного подождать и попытаться ему помочь.
Заметив еще одну дверь на противоположной стороне, Симона двинулась к ней. Щелкнула выключателем и неуверенно вошла внутрь — там оказался туалет и душ.
Так хотелось забраться под воду и смыть с себя весь этот кошмар, но она не рискнула. Мало ли когда явится Юдин, может, только этого и ждет…
Симона лишь умылась холодной водой и вышла из ванной. От голода кружилась голова, поднос с едой манил все сильнее, но она была тверда в своем решении. Сев на кровать, подтянула колени к груди и спрятала в них лицо. Сколько еще ей здесь находиться, неизвестно, и когда ждать Юдина, тоже.
