Тяжело дыша и нервно кусая губы, Симона впивалась в его плечи пальцами и внутренне вздрагивала каждый раз, когда горячие губы касались кожи. Мурашки стаями носились по телу, а в груди все трепетало от волнения и предвкушения. Она наслаждалась моментом, стараясь не думать о том, что будет дальше. Сомнений не осталось, только липкий страх, который никуда не исчез, а лишь затаился на время, чтобы показаться во всей красе в самый неподходящий момент. Симона никак не могла избавиться от него, но всеми силами пыталась сдерживать.
Илья стащил с себя футболку и, обхватив Симону за талию, перевалился на спину, усадив ее сверху. Она шумно выдохнула и замерла не зная, как реагировать.
— Дотронься до меня, — с придыханием попросил Илья. Осторожно стянул с нее блузку и нервно сглотнул, увидев упругую грудь, затянутую в кружево. Темные ореолы отчетливо просвечивали сквозь белоснежные узоры, а затвердевшие соски бесстыдно торчали, вызывая жгучее желание попробовать их на вкус. Вид нереальный. Соблазнительный и сексуальный.
При других обстоятельствах Илья разорвал бы это кружево зубами, но сейчас боялся напугать свою маленькую жертву.
— Как? — Симона растерялась и так посмотрела на него, что Илья едва не взвыл от сумасшедшей эрекции. С трудом сдержав внутреннего зверя, взял ее ладони и положил себе на грудь, ощутив, как колючие мурашки пробрали до костей.
— Как тебе хочется, так и делай.
Симона нервно закусила губу и перевела взгляд на свои ладони. От Ильи исходила сильная мужская энергетика, буквально впитывалась в ее кожу и растекалась по телу, наполняя смелостью и иллюзией власти.
Дрожащими руками она двинулась вверх по горячей коже, осторожно прошлась по шее и плечам, снова спустилась на грудь, случайно задев соски."
"Илья хрипло застонал и сквозь зубы прошипел: «Еще», придавая уверенности ее действиям. Тяжело дыша от переполнявших эмоций, Симона продолжила путешествие по его телу. Тщательно обрисовывая каждую мышцу, двинулась вниз, едва касаясь дорожки жестких волос, уходивших за край штанов.
Все происходящее казалось вполне невинным, но таким интимным, что каждый вдох давался ей с большим трудом. Она все контролировала, и ей было не так страшно, потому что знала: в любой момент может все прекратить. Симона была хозяйкой положения и пьянела от неограниченной власти.
— Ты такой…
Она шумно выдохнула, так и не найдя определения своим ощущениям. Их было слишком много. Они переливались разными цветами и гранями.
