Только отдаляются от Императора, вверяя его в руки весьма специфических людей. И пропасть между прогрессивной общественностью и Государем растет. Не из-за него. Отнюдь.
– Вы считаете?
– Я уверен, – твердо произнес Максим. – Как и в том, что вы нужны ему. Эти верные тупоголовые пеньки не хотят ничего менять. Им и так хорошо сидится. А мир – меняется. Мир – развивается. И чтобы просто не свалиться с корабля современности, нужно непрестанно бежать вперед.
– Вы же понимаете, что Император считает меня врагом…
– Так идите к нему и покайтесь.
Скажите, что были не правы. Скажите, что поняли все глубину своего падения. И начните оказывать ему услуги. Безвозмездные услуги. Демонстрируйте верность. Поверьте, Николаю Александровичу сейчас очень нужны верные люди.
– Это прозвучало как намек, – подобрался Гучков."
"– Так и есть, – многозначительно улыбнувшись, произнес Максим, глядя своему визави прямо в глаза. – Александр Иванович, вы думаете, я пошел бы к вам просто так? Сейчас вы можете стать русским Жаном Ланном[33].
На что вы готовы пойти ради этого? Бисмарк, желая славы и величия, не постеснялся собрать толпу крестьян и привести их на защиту своего монарха. А что сделаете вы? – спросил Максим и внимательно посмотрел в глаза Гучкову. Смелому, решительному, жесткому и беспредельно амбициозному человеку. Наконец, после долгого молчания и игры в «гляделки» тот спросил.
– Император знает, что вы здесь?
– Нет.
– Тогда, может быть, все это лишь пустая болтовня?
– Может быть. Возможно даже, что я ошибся и вы уже состарились.
Скисли. Перегорели. И забыли, что «невозможно» – это слово из словаря глупцов[34].
– Ха! – не выдержав, усмехнулся Гучков. Такого ему еще никто не говорил. А потом внезапно переменил тему. – Вы верите в Бога?
– Не знаю. Но иногда я хочу его найти.
– Найти? – удивился Александр Иванович. – И что бы вы сделали, найдя Бога?
– Если Богу нужна помощь – я помог бы ему.
– А если не нужна? – оживился Гучков.
– Тогда я надрал бы ему задницу, – пожав плечами, невозмутимо и максимально серьезно ответил Максим.
– Потому что этот мир – та еще помойка и кто-то за этот бардак должен ответить[35]…
Гучков поперхнулся от услышанного. Выпучил глаза, подавшись вперед, к невозмутимо смотрящему на него ротмистру. И засмеялся. Истерично. Безумно. Заливисто. Минут пять хохотал. Потом остановился. Вытер выступившие слезы платком. И куда как более благожелательно посмотрел на того, кого все вокруг считали правнуком Николая I.
Максим улыбнулся.
