Во всяком случае, государственных."
"Приняв эти «бумажки», Император взамен закрыл за свой счет все долги отца Меншикова (100 тысяч рублей), передал опеку над усадьбой отца Максиму (до смерти отца, после чего усадьба переходит в полное владение Максиму), ну и выплатил самому Ивану Николаевичу еще 100 тысяч. Вместе с тем это пожертвование позволяло «закрыть глаза» на «честно купленные материальные ценности». Сверх того, для титула светлейшего князя Меншикова-Корейши был убран майорат. Что позволило признать Максима светлейшим князем Меншиковым.
Именно Меншиковым, а не Меншиковым-Корейшей, ибо фамилию, как бастард, он унаследовал усеченную.
Корону «Бланки Валуа» и прочие ценности, найденные в Ноймаркте, признали кладом и оставили за Меншиковым. Саму корону он подарил своей супруге в качестве сувенира. А уже та, в свою очередь, передала в музей Эрмитажа. Драгоценности также частично были подарены Максимом в музей. Но бо́льшая часть монет были подготовлены для продажи с аукциона.
Совокупно, с учетом всех взаимозачетов, по усредненной стоимости, в руках Меншикова оказалось ювелирных изделий и прочего имущества на 81 миллион рублей.
Из них 54 миллиона приходилось на ювелирные изделия (оцененные как лом) и 23 миллиона – на недвижимость, большей частью расположенной в Штеттине и его округе (ее оценка производилась на основании купчих, что не учитывало тот факт, что Максим производил сделки и за 1/2 и 1/4 и даже 1/8 долю от рыночной цены). Плюс шесть миллионов рублей наличностью.
Много. Очень много. Но нужно понимать, результатом этого рейда Максим вывез в Империю ценностей на неполный миллиард рублей, сдав их почти все либо Императору, либо пожертвовав. А с учетом захваченных по его милости кораблей в портах и верфях Данцига и Штеттина сумма уходит за миллиард.
Сверх того, на завоеванных территориях устанавливалось владетельное Великое княжество Вендское[157] со столицей в Штеттине. Вассальное к Русской Империи. И Максим становился его первым монархом – владетельным Великим князем.
Этакий вариант Тувинского ханства, только на западных окраинах.
Необычный шаг. Но он был больше наградой не Меншикову, сколько его детям[158], рожденным Татьяной (дочерью Императора). Все очень просто. Если Максим становился владетельным государем, пусть и строго формальным, то брак с ним можно было признать равным. А значит, дети, рожденные в равном браке, обретали все права наследников в рамках законодательства Российской Империи.
