Если что – отходите, не стесняйтесь. Все! Действуй!
Помахал Василию Ивановичу лапкой вдогонку… мысленно и вернулся к насущным делам. Важным и серьезным.
Комендатура его не сильно беспокоила. Он даже не был уверен в том, что нужно туда кого-то посылать. Ибо ничего страшного наворотить она не могла. Разве что мобилизовать военные училища и раненых в госпиталях или еще кого для усиления охраны стратегических объектов. Тех же складов и вокзалов. На большее их точно не хватит. Во всяком случае, не так быстро. Но почему бы не дать своим людям отличиться? Ведь в рапорте будет черным по белому написано, что за берлинскую комендатуру воевал такой-то взвод под личным командованием Чапаева.
Весомый такой подарок в послужной список. Не каждый унтер может таким похвастаться.
Глава 4
1915 год, 28 июня. Берлин
Подождав, пока здание Генштаба разгорится, Максим поехал к Рейхстагу. Требовалось забраться на самый верх и заменить флаг Германской Империи – российским. Причем таким всем из себя красивым, с вышитым золотым орлом и так далее.
А потом сделать все для того, чтобы снять этот флаг оказалось как можно более трудным занятием.
Каждый час – на вес золота.
Поэтому заваривали все, что могли. Металлические лестницы срезали. А подходы минировали растяжками.
Обидно для обывателей? Может быть. Но так война штука такая. На ней, бывает, стреляют, убивают, обижают и прочие не самые лицеприятные вещи делают."
"Приехал взвод Чапаева. Все довольные. Глазки сверкают. А вдали столб дыма.
– Подпалил, Василий Иванович?
– Не устоял.
Да и как бутылочку не опробовать? Хорошо пошла! Вспыхнула – словно поленница. Когда мы уезжали – люди из окон выпрыгивали.
– Сколько же вы их туда кинули?
– Да десятка два, почитай. За раз. Домик-то не маленький.
– Ладно, пироман, – усмехнулся Меншиков, – заступай в оборону. Подмени Хоботова…
Возня с флагом была недолгой. Получаса не прошло, как ремонтно-восстановительное отделение и саперы загрузились в машины. Да вот беда – сарафанное радио по городу ходило удивительно быстро.
И к Рейхстагу собралась приличная толпа журналистов. Война войной, но в Берлине было немало представителей прессы нейтральных держав, как, впрочем, и в других столицах воюющих государств. Да и своих оппозиционеров хватало, не говоря о любителях бульварных скандалов. Вот всей этой братии и набежало, словно мух на варенье.
– Разогнать? – поинтересовался Буденный, косившийся нехорошим взглядом на этих подозрительных людей.
– Отчего же… – чуть подумав, произнес ротмистр.
