(Самое любопытное, малороссы этим гордятся, но когда их спросишь, мол, значит, вы русские, – открещиваются.)
И язык был единый, разве что состоящий из множества наречий."
"Разделение его на три самостоятельных – действо недавнее и искусственное, в разное время произведенное из-за амбициозных политических устремлений, не причастных к существованию собственно языка. Если по такому способу делить единый великорусский, то их получится десятка три – именно столько речек-диалектов существует до сей поры в живом языке.
Казак с Кубани, например, не сразу разберет, о чем говорит житель с берегов Вятки, а оба вместе они станут смеяться над причудливым говором воронежских, и никто из них вообще ничего не поймет, слушая русскоустьинца с устья Индигирки или семейского старообрядца из Иркутской области. А они все говорят на одном русском.
Живой пример: мысля освободиться от братских русских уз и слиться в объятьях с Западом, нынешние украинские политики спешат перевести школьное образование на «ридну мову».
Но им и в голову не приходит, что язык малороссов не приспособлен для усвоения таких наук, как химия, физика, математика, астрономия, и прочих предметов, требующих специальных понятий и терминологии. В любом случае придется использовать русский, что преподаватели и делают. Почему так? Да потому, что «мова» малороссов унаследовала древнюю магическую суть наречия сколотов, существовавшего для совершения обрядовых действ – моления, пения гимнов. Минувшие тысячелетия не стерли, не растворили таинственный вибрационный строй жреческого наречия.
Ведь и само слово «мова» происходит от мовить – молвить, взывать к богам, потому и доныне радуется, плачет, трепещет всякая русская душа, когда слышит песни малороссов.
Всем нам, ныне живущим в лоне общей языковой культуры, следует уяснить и зарубить себе на носу, что разделение великорусского языка – основная проблема его существования в будущем, доныне не оцененная и способная вызвать не только разделение единого народа (Великая, Малая, Белая Русь), но и утрату нашей общей этноистории и этнопсихологии, из которой закономерно вытекает утрата основного национального признака.
А когда нет собственного лица, надевают чужое, называемое маской.
И получается маскарад.
Диалектное многообразие языка только подтверждает его древность, величие и прилагательность, то есть указывает на родовую принадлежность носителей диалекта, тысячелетиями сохраняемую за счет самого языка.
